В плане личной жизни у гвардии прапорщика Кантемирова наступила некоторая стабильность. Молодой человек после Франки с Ангеликой, продавщицей Веры и девчонок с медсанбата и госпиталя регулярно встречался только с дочерью командующего гвардейской 1Танковой Армии – Дарьей Михайловной Потаповой.
И случилось то, что должно было случиться между самостоятельными и здоровыми молодыми людьми разного пола. Как-то раз после прощальных поцелуев у генеральского дома преподаватель немецкого языка по имени Даша томно потянулась и, глядя прямо в глаза своему кавалеру, медленно произнесла: «Быстрей бы комнату получить…»
И не сказать, что между прапорщиком и генеральской дочкой вдруг возникла такая большая и чистая любовь. Пока, нет… Просто двух молодых и здоровых людей постоянно тянуло друг к другу. Хотя, каждый из них считал себя лидером в этой паре. Тимур с Дарьей совсем не дополняли друг-друга, постоянно спорили и отстаивали свои точки зрения на изменяющуюся жизнь вокруг.
Даша, как девушка прагматичная и серьёзная, утверждала, что наше будущее жестко предопределено, существует судьба, и человек в ней ничего не в силах изменить. Жизнь человека похожа на движение поезда по рельсам, от рождения и до смерти все заложено в расписание этого поезда и единственное что можно, это крутить головой, наслаждаясь пейзажем за окном вагона.
Тимур, как человек мечтательный и авантюрного склада ума, считал, что человек сам хозяин своей судьбы и как хочет, так и строит свою жизнь. Существуют миллионы альтернатив и любой выбор, делаемый человеком, способен открыть новые перспективы. Никакие высшие силы не существуют. И бога нет...
Споры возникали постоянно и по любому поводу, особенно после кружки немецкого пива или бокала болгарского вина. Баталии разгорались нешуточные, оба отстаивали только свою точку зрения, и им было непросто придти к какому либо общему решению...
Молодой человек подозревал, что родители Даши, генерал-лейтенант Потапов с женой Ренатой Рашидовной, давно уже догадались про истинную причину поздних возвращений своей дочери в отчий дом. И как бы не требовала генеральская дочь содействия папы в предоставлении ей отдельной комнаты в общежитии при школе и ГДО, в этом вопросе генерал был непреклонен и в прямом смысле приказал своенравной дочурке жить в чужой стране только с родителями.
Дарья, прекрасно зная характер своего папеньки, в этом вопросе не могла ему перечить. Хотя бы отпускают по вечерам гулять по Дрездену под надзором и охраной одного гвардейца-прапорщика. И на том спасибо!
Хотя, девушке стукнуло двадцать два года, а гвардейцу уже двадцать четыре. И после каждой «прогулки» Тимур лично провожал свою подругу до прихожей дома командарма. Пост сдал – пост принял…
Родители, конечно, переживали за свою дочь, но с Кантемировым им было гораздо спокойней. Генерал с генеральшей здраво рассудили, что этот парень не совсем уж и плох, хотя всего лишь прапорщик. Но, опять же – самостоятельный молодой человек и даже заочно грызёт гранит науки в Ленинградском университете. Может и будет толк…
Слова подруги о собственном жилье оказались сигналом к активным действиям для скромного советского военнослужащего. Ждать оказалось уже просто невмочь. «Руссо туристо, облико морале…». Или же опять обратиться к безотказной продавщице Вере? Или посетить дискотеку в Оттервише?
Конечно, Тимур мог вполне пригласить дочь генерала к себе в комнату семейного общежития и провести с ней прекрасную ночь. Но, учитывая скорость распространения этой информации в гарнизоне и последующие действия решительного папы, следующую незабываемую ночь прапорщик Кантемиров мог запросто провести в камере гарнизонной гауптвахты, а затем быстро оказаться за тысячи километров от города Дрезден.
И в этом случае была бы высылка в Советский Союз не в 24 часа, как обычно, а в двадцать четыре минуты через военный аэродром в городе Брандис.
Поэтому, надо было действовать как разведчику в тылу вероятного противника. Молодой человек дождался свою девушку у школы, проводил до дома и договорился с ней посетить уже знакомый ночной бар «Эспланада» и там совместно, только вдвоём, обмыть немецкую медаль советского прапорщика.
А это был уже серьёзный повод, и папа с мамой не стали возражать против позднего возвращения дочери домой. Начальник полигона переговорил с прапорщиком строевой части и за твёрдое обещание достать для его супруги джинсовый сарафан забрал на время свой служебный заграничный паспорт бордового цвета. Что было категорически запрещено…
Этот паспорт выдавался только на время отпуска. При прибытии в свою часть отпускники должны были обязательно сдать документ со всеми отметками пересечения границ в штаб полка.
Прапорщик Кантемиров не собирался покидать Родину и бежать на Запад. Тимур просто с помощью своего заграничного удостоверения снял на сутки номер в отеле прямо рядом с баром «Эспланада». Советские военнослужащие при желании могли за свой счёт поселиться в немецких гостиницах.
Молодой человек заблаговременно укомплектовал временное жильё большой бутылкой крепкого вишнёвого ликёра, коробкой конфет и презервативами. Молодёжь плотно и вкусно перекусила в ночном баре, немного станцевала для приличия и быстро покинула заведение.
Дарья по глазам своего кавалера и лёгким поглаживаниям по её телу всё поняла и, поднимаясь в номер, немного дрожала от возбуждения. Как только захлопнулась дверь, дочь генерала взяла инициативу и всё остальное в свои руки. Тимур был ошарашен...
Везло ему по жизни на энергичных молодых женщин. Конечно, студент Ленинградского Государственного Университета был наслышан от сокурсников, молодых оперов милиции, о нравах, царящих в общежитии Ленинградского Педагогического Института. Но, не до такой же степени…
Конечно, переплюнуть в плане секса бывшую немецкую подружку было очень сложно, но советская девушка искренне старалась от всего сердца девичьего. И опять же дала о себе знать чистая физиология в виде долгого воздержания при совместном проживании с папой и мамой. Папу-генерала ставим на передний план, ибо с таким отцовским контролем не забалуешь… Молодой человек мог с лёгким сердцем сказать, что Ангелика Шмидт и Дарья Потапова по плотским утехам шли «ноздря в ноздрю».
Четыре часа отведённого времени пролетели как четыре минуты. Тимур старался не отставать от сексуального натиска и напора своей подружки и оказался к концу встречи выжат как лимон. Дарья немного угомонилась, обернулась простынёй, уселась на кресло и, потягивая ликёр, задумчиво задала конкретный вопрос:
– Мой юный друг, когда продолжим?
– Даша, давай в выходные в Берлин сгоняем? – Тимура приподнял голову с подушки. –Только родителям скажи, что поедем в Потсдам, в парк Сан-Суси на весь день. Хорошо?
– Так запрещено же в Берлин, мы у директора приказ подписывали, – законопослушная советская гражданка удивлённо вытаращила свои глазища.
– Надо будет одеться совсем не как советская учительница, и всё будет пучком. Прорвёмся! – молодой человек потянулся в постели и начал разминать уставшие мышцы. Дарья была явно не в его весовой категории.
– А что одеть то надо? – девушка всегда серьёзно относилась к требуемой форме одежды для очередного рискового мероприятия.
– А ты на улице на простых немок посмотри и оденься точно также, – улыбнулся Тимур и посмотрел на часы. – Всё, Даша! Нам пора. Я в душ.
–Я с тобой! – преподаватель залпом осушила рюмку ликёра и соскочила с кресла. Простынь упала на пол. Девушка наклонилась, и юноша понял, что быстро покинуть этот номер сегодня не удастся...
Город Берлин, столица Германской Демократической Республики, как магнит притягивал всех советских военнослужащих, но посещение русскими строго запрещалось специальным приказом по всей группе войск под личную подпись. За несанкционированную поездку в столицу ГДР существовало только одно наказание – высылка в 24 часа в Советский Союз.
Для военнослужащих или служащих Советской Армии был разрешен только проезд поездом через Восточный Берлин с обязательной записью в командировочном предписания: "Проезд через город Берлин, без выхода в город Берлин, разрешаю…"
На всех узловых станциях стоял патруль, в основном из офицеров и прапорщиков, и вылавливал наших граждан, пытающихся проникнуть в немецкую столицу. Определить в толпе советского человека, даже одетого в «цивильную» одежду, не составляет особого труда.
Мы сильно отличаемся от немцев, хотя вроде одной расы. Бледнолицые мы – среди краснокожих: выражение наших лиц, манеры одеваться, суетливость, советские привычки, армейские прически и прочее, прочее – всё выдает русских. Кантемиров точно знал, что в Восточном Берлине оставалась только одна станция без патрулей – Биркенвердер, расположенная на севере города…
(окончание - https://zen.yandex.ru/media/gsvg/praporscik-kantemirov-vostochnyi-berlin-chast-2-5f5bb50d354535081ee8c883 )
P.S. Книжки про прапорщика Кантемирова продаются здесь: https://www.chitai-gorod.ru/books/publishers/kamrad/
Или заказывайте у меня на tagitus@yandex.ru - вышлю с автографом автора. И пожеланиями здоровья и счастья в личной жизни... :)
