Морское министерство посчитало опыт, полученный постройкой минного крейсера "Казарский" на немецкой верфи "Шихау" вполне удовлетворительным. С учетом растущей численности германского флота строительство новых минных кораблей для Балтийского флота было насущной необходимостью. При этом единственным доступным и достойным проектом крупного миноносца оставался проект "Шихау". Ничего лучше не нашли. А программа 1881 года предусматривала постройку 50 миноносцев.
Попытки специалистов потребовать изменения проекта в части усиления артиллерийского вооружения, совершенно недостаточного для борьбы с современными миноносцами, встретили сопротивление как представителей фирмы, так и большинства МТК. Если немцы здраво оценивали возможности своих облегченных корпусов вынести более тяжелые орудия и боеприпасы, то чиновники опасались затягивания сроков и ухудшения характеристик проекта. Более того, в контрактной спецификации вместо 9 47-мм одноствольных пушек Гочкиса значились 2 47-мм и 7 37-мм. Вооружение стало еще слабее.
В итоге управляющий Морским министерством вице-адмирал Н.М. Чихачев распорядился заказать "Шихау" еще два минных крейсера по типу "Казарского". 13 января 1891 года было получено "высочайшее разрешение". Новые крейсера рассматривались как образцы для постройки крупной серии на отечественных верфях. Сумма контракта на два крейсера составила 1400 тысяч марок. Желаемой скоростью назывался всего 21 узел, причем с возможностью использовать форсирование. За превышение контрактной скорости премии предусмотрено не было. Однако все же на испытаниях "Воевода" продемонстрировал 22,29 узла, а "Посадник" 22,12 узла.
.
Исполнение заказа показало, что руководствуясь коммерческими соображениями и пользуясь неполным оформлением документации, немцы нашли возможность еще более упростить и удешевить проект. Сильнее всего пострадали мореходность и надежность. Небольшой и невысокий полубак не решали проблему зарывания носом на полном ходу и в свежую погоду. Доходило до смешного-при сопровождении царской яхты “Полярная Звезда” крейсера заметно зарывались в воду на ходу, а на их устойчивость заметно влияли даже волны, создаваемые самой яхтой.
Кроме того, одновинтовая схема и мелочная экономия немцев везде где только можно (например на диаметре трубок холодильника, забившихся незамедлительно) понижали надежность кораблей. Даже император, не самый разбирающийся в судостроении мужчина, заметил-“эти крейсеры для открытого моря слишком малы и должны бы быть двухвинтовыми для избежания случайностей”.
Тем не менее, использовавшиеся как эскорт царской яхты, крейсера были очень красивы своими стремительными узкими корпусами. Особенно приятное впечатление корабли произвели на известную поклонницу русского флота королеву эллинов, в девичестве русскую великую княжну Ольгу Константиновну.
Заложенные на судоверфи "Шихау" в Эльбинге , крейсера были спущены на воду в апреле 1892 года. Имена они получили в славянском стиле-"Посадник" и "Воевода". Их планировали передать для представительских целей черногорскому князю Николаю Петровичу-Негошу (из династии Петровичей-Негошей). Соответственно, отделка кают шла по высшему разряду.
Однако в черногорской казне средств на выкуп дорогих игрушек не нашлось, а русский царь в этот раз не стал делать дорогих подарков дружескому государству, откровенно полагавшему русский бюджет дополнением к своему. Имел тогда черногорский князь влияние на российскую власть, пристроил двух своих дочек в конце 80-х замуж за великих князей. "Эти особы крепко присосались к русским деньгам"( С.Ю. Витте). Но в этот раз самодержец проявил характер . Наполненные мольбой жалобные глаза владетеля Черногории и его дочерей остались неоцененными.
Корабли были включены в состав Балтийского флота и использовались для сопровождения царской яхты во время круизов. За движение по бокам от яхты крейсера получили в царской семье прозвище "верные собачки".
«Воевода» Судоверфь «Шихау», Эльбинг. Заложен 20 июня 1891 года по заказу Морского ведомства России. Спущен на воду 26 ноября 1891 года, вступил в строй 5 июня 1892 года. С 1918 года в составе финского флота как «Матти Курки».
«Посадник» Судоверфь «Шихау», Эльбинг. Строительство начато 9 августа 1891 года. Спущен на воду 1 апреля 1892 года. Введён в эксплуатацию 5 июня 1892 года. С 1918 года в составе финского флота как «Клас Хорн».
Водоизмещение 432 тонны (нормальное). Длина 60,4 м (между перпендикулярами). Ширина 7,4 м (наибольшая). Осадка 3,3 м. Бронирование Рубка 13 мм. Двигатели 1 паровая машина, 2 котла,3500 л. с. Движитель 1. Скорость хода 21 узел (полная),10 узлов (экономическая). Дальность плавания 1650 морских миль. Экипаж 5 офицеров и 59 матросов.
Вооружение-6 х 47-мм пушек Гочкиса, 3 х 37-мм
С 1910:2 х 75-мм, 2 пулемёта, 50 морских мин.
Минно-торпедное вооружение 2х1 381-мм ТА
«Матти Курки» «Matti Kurki». Бывший «Воевода». Захвачен в апреле 1918 года. В качестве сторожевого корабля, канонерской лодки и минного заградителя использовался в финских ВМС. Потоплен как цель в 1937 году; Поднят. Списан в 1940 г.
«Клас Хорн» «Klas Horn». Бывший «Посадник».Захвачен в апреле 1918 года. В качестве сторожевого корабля, канонерской лодки и минного заградителя использовался в финских ВМС, Списан 1937 г. Введен в эксплуатацию 1941 г. Списан 1957 г. после чего был перестроен в плавучий ресторан и отель, а в 1964 году продан на слом.
Водоизмещение 420 тонн. Длина 57,2 м .Ширина 7 м . Осадка 3,1 м . Двигатели-паровые котлы машина .Скорость 19 узлов . Экипаж 57 человек. Вооружение-два 102-мм морских орудия, 50 мин. позже - два 75 мм
«Воевода» и «Посадник» вступили в строй в один день, 5 июня 1892 года. Вошли в эскортный отряд при царской яхте, приписаны были к Гвардейскому экипажу.
Новые крейсера приняли участие и в учениях Практической эскадры кампании 1893 года, где отличился "Воевода", выступающий за атакующих. Крейсера сопровождали августейшую делегацию в Копенгаген, на закладку 1 октября 1893 года новой императорской яхты “Штандарт”. При этом во время салюта невынутой вовремя на яхте "Царевна" орудийной пробкой был при выстреле убит комендор "Воеводы", готовивший к стрельбе свое орудие.
27 сентября 1907 года оба корабля официально причислены к классу посыльных судов.
«Воевода» в 1895—1896 и 1902—1903 годах проходил капитальный ремонт и модернизацию.
Командовали придворным «Воеводой» такие известные в будущем флотоводцы как капитан 2-го ранга Витгефт, Вильгельм Карлович (1892-1894), капитан 2-го ранга Щенснович, Эдуард Николаевич (1894-1895), капитан 2-го ранга Григорович, Иван Константинович (1896), капитан 1-го ранга Кедров, Михаил Александрович (1909-1910), а также печально известный капитан 2-го ранга Лишин, Николай Григорьевич(6 декабря 1899 — 6 декабря 1901), сдавший по приказу Небогатова при Цусиме броненосец «Генерал-адмирал Апраксин».
«Посадник» перед русско-японской войной планировали отправить на Тихий океан, но во время перехода на Балтике под парусом он получил повреждения и оставлен для ремонта. После перевода в посыльные суда перевооружен с девяти 47-мм орудий Гочкиса на две 57-мм пушки длиной 40 калибров. Осталось и два торпедных аппарата. Перед первой мировой торпедное вооружение сняли, зато добавили две 75 мм пушки и два пулемета. В 1911—1914 годах использовался как учебный артиллерийский корабль.
Среди командиров "Посадника" капитан 2-го ранга Родионов, Александр Андреевич (11 мая 1900 — 13 сентября 1901), капитан 2-го ранга Лозинский, Александр Григорьевич (1901-1904), убитый во время мятежа на крейсере «Память Азова», Роберт Николаевич Вирен (1896—1897).
В начале войны переоборудованы в минзаги- с двумя 75-мм орудиями, двумя пулеметами и 50 морских мин.
Корабли принимали участие в Первой мировой войне, несли дозорную и конвойную службу. Оба минзага базировались в финском городке Пори. Революционные волнения 1917 года обошли Гвардейский экипаж, но в апреле 1918 года в Бьёрнеборге (Пори) корабли были захвачены наступающими белофиннами. Вернуться на Родину морякам удалось только на борту других кораблей Балтфлота.
После Октябрьской революции и мятежа белофиннов оба крейсера были оставлены в Финляндии при эвакуации русского флота и захвачены в Бьёрнеборге (Пори) белофиннами в апреле 1918 года. Белофинны включили их в состав своего молодого флота.
"Посадник" был переименован в «Клас Хорн» в честь шведского адмирала 16-го века, уроженца Финляндии. "Воевода" у финнов стал "Матти Курки" в честь легендарного финского вождя конца 13 века, современника шведского короля Магнуса III. После заключения Тартуского (Юрьевского) мирного договора 1922 года как собственность Советской России были формально проданы Финляндии по цене металлолома.
Первоначально использовались как минные заградители, но в 20-х годах переоборудованы в канонерские лодки. Финны поставили на корабли по два 102 мм орудия вместо минных рельс, пушки оказались слишком тяжелыми для корабля, в походах ствол приходилось привязывать во избежание ненужных колебаний корпуса. При стрельбе канонерки имели сильную вибрацию корпусов и прицельный огонь вести не могли. Практически могли быть только неподвижными плавбатареями. Весьма скромную мореходность бывших крейсеров финны также полностью смогли оценить.
"Матти Курки"в 1937 году потоплен как корабль-цель, но был поднят и упоминается как плавучая зенитная батарея с 76 мм пушкой в Катаянокка (Хельсинки) во время Зимней войны. В 1940 году списан.
«Клас Хорн» оказался гораздо более живучим. В 1929-1931 годах его использовали как базу для подводных лодок, а потом как учебный артиллерийский корабль. В 1937 году превратили в стационарную плавбазу, из-за износа механизмов корабль вывели из состава флота. Однако в 1941 году пришлось вернуть в строй и его.
Упоминается, что во время Олимпиады 1952 года в Хельсинки каюты бывшей потенциальной яхты князя Николая использовались для проживания арбитров состязаний и даже членов королевской семьи Нидерландов. В 1957 году на его борту размещалась картографическая экспедиция и мастерские. В том же году он окончательно покинул списки флота, после чего был продан в частные руки и переоборудован в плавучий отель и ресторан"Paimion". В 1962 году частично сгорел и в 1964 году разобран на металл.
Так изначально предназначенные для лазурной Адриатики корабли оказались прикованы к финским шхерам. Судьба коварна..
Просчеты, допущенные заказчиками из Морского министерства и расчетливые коммерсанты из "Шихау" не позволили развивать проект "Казарского", устраняя недостатки. К старым добавились новые, а облегченный корпус не имел резервов для модернизации.
Вооруженные пукалками минные крейсера не представляли опасности для вражеских миноносцев уже к концу 19-го века. По скорости они тоже ушли далеко вперед. В итоге единственным практическим применением стала дозорная, посыльная и конвойная служба , а также постановка мин.
Фото и иллюстрации взяты из открытых источников и принадлежат их авторам