Наверное, нет ни одного человека, который бы на вопрос "Ты про Ефремова слышал?" стал бы спрашивать, а кто это такой. Или просто ответил бы "нет." Я тоже - не исключение. Более того, я об этом ( о том, что натворил этот спившийся служитель Мельпомены) уже писала однажды.
А вот о том, какое наказание ему вынесли, узнала чисто случайно - от одного из читателей, из комментария его. Прочитала, вздохнула -и не захотела думать об этом. Есть о чем, кроме...
Но сегодня Интернет на пару с Дзеном взорвались просто! И не от праведного гнева борцов за справедливость: "Поделом ему! Другим неповадно будет! Ишь, разъездились!" Страсти на эту тему поутихли. А вот что грянуло в унисон - так это хор сочувствующих, поразившихся суровому приговору.
Владимир Жириновский: да. Многовато дали. Надо было лет 5, ну 6.. А тут...
Писатель Дмитрий Быков: общество оттопталось на Ефремове за всю свою ненависть, за всю свое раздражение всех против всех. Ненависть людей к элите ведь тоже объяснима: она диктуется собственным бесправием, бесперспективностью собственной жизни. И за все за это отдувается артист, который вызывал у большинства людей всегда чувства добрые. Вот сейчас он растоптан, но ничего, кроме сострадания, я здесь испытывать не могу.
А Иван Охлобыстин аж самому Путину написал и попросил его помиловать своего друга, ибо ему, хоть он и, безусловно, виноват, в тюрьме не выжить.
Элита, говорите? Ненависть людей к элите? Это вы о ком?
Для меня элита - это Ростропович. Хворостовский. Плисецкая. Вы можете их представить пьяными на сцене? Или еще в каком-нибудь непотребстве замеченными? Я - нет.
Элиту, если она такова по определению, невозможно ненавидеть. Ею - восхищаешься. И радуешься, что живешь с ней в одно время. Я до сих пор помню афишу на Венской опере летом 2017 года. Дмитрий Хворостовский. Концерт отменили...И мы пошли на концерт из произведений Моцарта. Тоже - элита...
Что же касаемо челобитной Путину(Охлобыстин там попросил президента остаться в его памяти Владимиром Милосердным), то вспомнился мне пронзительный эпизод из совсем неэлитной педагогической моей практики.
...В 90-е годы учился у нас мальчик Миша. Худенький. Невысокого росточка. Улыбчивый. И вдруг перестал ходить на занятия. Гром среди ясного неба: посадили Мишу. Поймали на воровстве. Вскрыл пару машин и вытащил оттуда автомагнитолы. Продал. И купил еды младшим своим четверым братьям. Которые вместе с ним недоедали при пьянствующих родителях. Вот только челобитных о нем никто не писал. Что не выживет он там. У него был сахарный диабет. И спустя несколько месяцев он умер в тюрьме. Не помогли ни наши коллективные письма, что, мол, всем педсоветом возьмем его на поруки, ни положительные характеристики - ничего.
Я никого не сужу. Другая у меня профессия. И уж, конечно, не злорадствую - так, мол, и надо ему.
Я только еще прочнее утвердилась в своем мнении, которое высказала в прежней моей статье на эту тему, отвечая одному из комментаторов: какой все-таки сильный профсоюз у "элиты" этой! Куда там нашему, учительскому...
Или вы другого мнения?