ГЛАВА ВТОРАЯ. Под гнетом обстоятельств (часть 8)
(Продолжение. Начало здесь).
***
Настроение у воеводы было препаршивейшим. Во-первых, давненько он уже не получал такого разноса от начальства, сиречь – от великого князя. Во-вторых, начальство бушевало строго по делу, и винить было некого, кроме себя да нерадивых подчиненных.
- Это что такое получается, - метал громы князь, - в нескольких верстах от столицы купцы не могут спокойно проехать?! Разбойники, знать, у самых стен окопались?! Уж сколько честных людей пограбили, а вы их все не поймаете?! Да вы за что княжий хлеб едите?!
Воевода молчал, сопел, кряхтел и утирал пот. С разбойниками действительно вышло неладно. Непотребство творилось на всех дорогах, пролегавших вдоль Тридесятого леса, и воевода сделал логичный вывод, что логово злодеев находилось где-то в лесной чаще. Поди их там найди! Оставалось лишь караулить купеческие обозы, что дружинники и делали. Сил на это уходило много, времени еще больше, а толку было чуть. Один только раз едва было не поймали супостатов, но разбойники отступили в лес так организованно и четко, что в этом деле чувствовалась едва ли не военная выучка. Воевода был не дурак и догадывался, в чем тут дело. Побольше года назад из дружины был с позором изгнан здоровенный детина. Всем он был бы хорош, силен, вынослив, смышлен, а уж лицо – загляденье, на страх любому извергу, но оказался весьма нечист на руку. Вскоре после того и начало твориться на окрестных дорогах безобразие, которое никак не удавалось остановить, а предводитель шайки, по описанию видевших его людей, был точь-в-точь тот самый малый. Эх, пожалел его воевода тогда, отпустил, а надо было в кандалы, да на исправительные работы определить, глядишь, спокойно бы жили сейчас...
Таким невеселым размышлениям предавался воевода, сидя в гриднице в окружении своих бойцов. Те тоже приуныли – известное дело, чего веселиться, когда начальство не в духе... Да и невозможность разделаться с шайкой угнетала всех.
Воевода осмотрел печальных своих подчиненных и крякнул. Им-то ничего еще, а ему ведь отчет князю писать, да наиподробнейший, почему, дескать, такая оказия приключилась. Заставил бы лучше в дозор внеочередной идти, мрачно размышлял воевода. Дозоры у него получались много лучше отчетов...
Огромная клякса шлепнулась с пера, испоганив страницу, и воевода в гневе швырнул перо оземь. Какой из него грамотей?! Вовсе не тому он обучен. Эх, писаря бы нанять для таких дел, да где же денег взять... Он вздохнул и наклонился за пером. В следующий миг в стену над его лавкой вонзился арбалетный болт. Воевода тут же растянулся на полу – выучка! – и грозно зыркнул на изумленных подчиненных, готовый лично свести шутника в острог. В следующий момент, однако, он тоже остолбенел от изумления – с легкими хлопками посреди гридницы один за другим возникли пятеро людей весьма потрепанного, а местами даже израненного вида. «Колдовство», - мелькнула у воеводы мысль. «Этого мне еще не хватало...»
Вдруг один из людей поднял голову, и дружинники схватились за оружие. Воевода просиял.
- А вот и ты, мил друг Тишенька, - почти проворковал он. – Вяжите их, ребята!
Ошарашенные дружинники увели не менее ошарашенных разбойников. Воевода взял незаконченный отчет и с нескрываемым удовольствием смял. Хоть и дорога бумага, а оно того стоит!.. Он задумался. Объяснить произошедшее воевода был не способен сам себе, не то что князю.
- Скажем, что шайка поймана в результате слаженных и грамотных оперативно-розыскных действий, а подробности – строжайшая тайна - подытожил, наконец, воевода, и отчет отправился под стол.
***
Яга торопилась. Дел было невпроворот, и поспеть к Кощею вовремя никак не удавалось. Ковыляя за волшебным клубочком, бабка кляла последними словами и чародея, и трехголовое животное, и корову, и саму себя – за то, что не догадалась взять ступу.
- Доколе ж это будет продолжаться! – бубнила она. – И прополи, и полей, и собери, что поспело, и кота, дармоеда, накорми, кстати, не забыть молока ему отлить... И Колобка выслушай, и травы заготовь, и избу почини, да вода-то с дровами сами собой не идут... И этот еще, как дитя малое! Порталы ему, а я – расхлебывай... Корова уж замыкалась поди, ожидаючи...
На этих словах клубочек закончился, серебристая нить истаяла, как дым, и Яга оказалась перед воротами замка. Толкнув приоткрытую створку, бабка сделала несколько шагов и замерла на месте, так что Леший, который тоже торопился навестить приятеля, едва не сбил ее с ног.
- Что же ты так, - укоризненно начал он, - ведь на самом ходу стоишь!
В ответ бабка исторгла такой свирепый рык, что лесной хозяин испуганно попятился. Гнев Яги, впрочем, был обращен не на него – наоборот, она уставилась на друга налившимися кровью глазами и яростно ткнула во что-то пальцем, словно призывая Лешего в свидетели. Леший добросовестно посмотрел в указанном направлении, но ничего крамольного не увидел – корова, меланхолично жующая траву, была на своем обычном месте, а остальной двор пустовал. Яга, видя, что ее не понимают, разозлилась пуще прежнего.
- Не туда смотришь! – зашипела она змеей. – Ты под хвост ей смотри!
Леший хотел было возмутиться столь экстравагантным требованием приятельницы, но не успел. Корова остановилась и задумалась, и моментально аккурат под ее хвостом в плитах двора возникло отверстие. Животное, ничего не заметив, зашагало дальше, а плита, как ни в чем не бывало, вернулась на место абсолютно чистая.
- Лентяй! – завопила Яга обличающее. – Зарядка у него! Отпуск у него! Я же предупреждала, что никакой аннигиляции!!!
- И правда, - разволновался Леший, - а как же удобрения?!
Они поспешили к крыльцу. Бабка ворвалась в замок подобно вихрю и бросилась к лаборатории.
- Ирод! – крикнула Яга с порога, но остальная тирада застряла у нее в горле. Второй раз за вечер старуха оцепенела, но теперь Лешему не удалось затормозить. Они вкатились в лабораторию живописным клубком, Мутант испуганно съежился, а Кощей невозмутимо приветствовал друзей. Разглядев, чем занят чародей, Леший тоже онемел – Бессмертный, прихрамывая, самолично разливал по крынкам парное молоко.
- Это что же? – пролепетала Яга. – Ты сам, что ли, справился?
- Не понимаю твоего удивления, дело-то нехитрое, - самодовольно ответствовал Кощей. – Берешь ведро, берешь вымя...
Он усмехнулся, отставил пустое ведро и подошел к Мутанту. Три блестящие миски стояли перед псом, и, судя по довольному выражению морд, все три были только что опорожнены.
- Заклинание множения, - небрежно пояснил Кощей. - Из одной ему было несподручно.
Он потрепал пса по одной из голов. Яга устала удивляться и отмерла.
- И аннигиляции, да? – вкрадчиво поинтересовалась она. – Признавайся!
- И не подумаю, - парировал Бессмертный. – Если вы про корову, то там я использовал ситуативно возникающий портал. Продукты жизнедеятельности этого животного, которые вам столь дороги, отправляются прямиком в кучу, не загрязняя мне двор. Запатентовать бы, исключительно удобно... Могу, кстати, отправлять сразу тебе на грядки, если хочешь...
Яга представила ситуативно возникающее на грядках удобрение и поморщилась.
- Не хочу, - буркнула она, успокаиваясь. – Уж как-нибудь вручную... А чего это ты колдуешь почем зря? Ты же вроде в отпуске?
- Вынужденная мера, - пожал плечами Кощей. – Уже завтра снова буду предаваться отдыху вовсю.
Яга с любопытством оглядела лабораторию, которая обычно служила Бессмертному и столовой.
- А где же обещанные деликатесы? Уж коли с коровой помочь не получилось, так и быть, подсоблю с ужином...
Кощей смутился.
- С деликатесами не вышло, - признался он. – Припозднились мы, даже кофе не купил. Вот молочка налить могу...
- Давай молочка, - покладисто согласилась Яга, и Леший согласно закивал. Кощей извлек из-под груды хлама допотопные бокалы, обтер их рукавом и раздал друзьям скромное угощение. Бабка довольно крякнула.
- Ну, рассказывай, - предложила она. – Я смотрю, отдых тебе идет на пользу? Как прогулялись?
Кощей открыл было рот, но тут Мутант насторожил уши. По коридорам замка разнесся негромкий мелодичный звон.
- Это еще что? – удивилась Яга. Чародей тоже был в недоумении, но затем его чело прояснилось.
- Это ж кольцо на двери, - пояснил он. – Вы им не пользуетесь, так как я обычно не запираю. Сейчас вернусь, посмотрю только, кого это сюда занесло.
Он исчез во тьме коридора, а гости отхлебнули молока. Что ни говори, а корова у разбойников была отличная.
Кощей прохромал по гулкому холлу и нетерпеливо рванул дверь. Двор освещал тонкий серп молодого месяца. На ступенях стоял некто, замотанный с головы до пят в плащ, и разглядывал корову, под которой в очередной раз разверзся транспортировочный портал.
Пришелец обернулся на звук и что-то взволнованно заговорил, указывая на корову. Кощей не понял ни слова, хотя язык казался смутно знакомым. Незнакомец понял это и озадаченно умолк, Бессмертный тоже молчал, соображая, что делать. Два старика стояли друг напротив друга в освещенном лунным светом дворе замка – оба бледны, морщинисты, оба с вековой мудростью в глазах, оба одетые в какие-то странные отрепья, и словно отражались друг в друге.
Тишину нарушил цокот когтей по камням. Едва не сбив Кощея с ног, на крыльцо выскочил Мутант. Бессмертный дернулся было, чтобы спасать гостя, но остался на месте – пес приник к незнакомцу всеми тремя головами, а старик нежно обнял покрытые змеями шеи зверя...
Яга и Леший допивали молоко, когда чародей вернулся. Оба уставились на Кощея с любопытством – несмотря на то, что не заметить его замок было сложно, гости к Бессмертному приходили не то чтобы редко, а скорее никогда.
- А чудище твое где? – поинтересовалась Яга. – Рванул вдруг, как шальной, мы уж думали на помощь бежать...
- И правда, куда Мутант делся? – Леший указал на миски. – Я тут ему молочка подлил, пусть полакомится.
Кощей посмотрел на друзей ничего не выражающим взглядом и тихо промолвил:
- Он вернулся домой.
© Анна Липовенко
Начало сказки здесь.
Продолжение следует.
Короткие сказки про Тридесятый лес:
Большая и маленькая (часть первая)
Список сказок по порядку здесь.