Дело было летом, в июне. Какой день я «на перекладных» двигался из республики в республику: из Бурятии — на Алтай. Уже остался далеко позади Иркутск, продымил заводами Красноярск, к вечеру я рассчитывал быть в Новосибирске. Всё складывалось более, чем удачно — было сухо и солнечно, автомобили останавливались стабильно (каждая сотая), диалоги с водителями были примерно одинаковы по содержанию — хоть на листочек записывай свои ответы и отвечай не дожидаясь вопросов.
Грузовичок остановился на обочине, я лихо соскочил с высокой подножки, водитель помог мне сгрузить рюкзак (очень большой) и рюкзачок (совсем маленький). Мы помахали друг другу, и машина, что везла меня последние три-четыре часа, укатила вниз (если смотреть на карту России) — к Абакану, в Хакасию, на юг. Мне, соответственно, надо было дальше — на запад. До Новосибирска оставалось километров шестьсот, на часах — около полудня. Подумал: могу ночевать уже в городе. Надо было торопиться.
Принцип выбора места, чтобы «ловить» машину — это чтобы и ровно, и чисто было. Водителю надо и тебя увидеть издалека, и подумать (хочет ли останавливаться), и место найти, чтобы притормозить. На подъёмах «стопить» не надо — шансы, что водитель будет останавливать машину, поднимаясь в гору, практически равны нулю. Лучше немного прошагать ногами, зато возможность уехать побыстрее будет выше. Так рассуждал я, топая вдоль трассы, выглядывая позицию. Нашёл — занял. И в этот момент почувствовал, что со снаряжением что-то не так… Совсем не так.
Видимо, в запале, пока выскакивал из машины, да принимал рюкзаки, да обменивался шутками-пожеланиями с водителем, не уловил момент, когда рюкзак (тот, что побольше) лямкой зацепился за что-то. Зацепился — а я возьми и рвани его на себя. И не заметил. Лямка болталась на нитках, вот-вот — и оторвётся. Пока шагал вдоль трассы, лямку «прижимал» к себе рюкзак поменьше (его я носил на животе), плюс хорошо держался поясной ремень. А найдя место «для стопа», скинув рюкзачок с живота, ослабив ремень, увидел — какая беда. С таким рюкзаком не то что на Алтай — в соседний лес не уйдёшь. Надо чинить.
...
Рем.набор с собой в большой поход — это и заплатки из брезента, и тюбик клея надёжного, и иглы (в том числе — обувная), и нитки (капроновые, толстые). И много ещё что. Спустился я с обочины пониже, в ложбинку. Нашёл место поровнее. И стал раскладываться.
Пришлось вытащить часть вещей из рюкзака. Где-то пропороть, где-то подшить, где-то добавить, где-то убавить. Материал толстый — игла с трудом берёт. Солнышко припекает, водители «поддерживающе» сигналят иногда. Шмель летает — толстый, лохматый. Любопытный.
В итоге, пришил я всё хорошо, ладно так, надежно. Не спешил, старался — самому любопытно же, что в такую ситуацию попал. Закончив, решил попить чая, да пообедать — часа два всё равно упустил уже. А там уж — как доеду.
Достал «газовку», котелок поставил. В последующие полчаса выпил чашки три чая, съел пачку паштета с бубликами. Угостил шмеля — но, видимо, паштет они не едят. Жаль.
С новыми силами, посвежевший прям (после чая то с бубликами) — собрался и вперёд. Практически тут же вкатывает на обочину «американец» — «носатая» такая, большая машина. В такие минуты хочется скакать от восторга — когда только для тебя, и такая махина останавливается. Дружелюбно-скупое: "куда, парень?" - "в Новосиб" - "залезай, по пути нам". Ночью мы еле проехали Кемерово (сломались посреди города), и потом до вечера медленно катились к Новосибирску, под "Учкудук - три колодца". Ох уж этот Учкудук, стало любопытно увидеть теперь.
...
Самое пикантное в этой ситуация выяснится уже в Новосибирске. Разгружая вещи на квартире у товарища, обнаружил, что шил до того крепко, надежно и хорошо, что пришил к стенке рюкзака, куда крепилась лямка, спальный мешок, находившийся внутри. Вот было бы весело, не подвези меня «дальнобой» прямиком до Новосиба, и будь у меня нужна ночевать где-то в лесу, в пути.
Пришлось отпарывать всё заново и «рукодельничать» по новой.
(Михаил Чебунин)