Заместитель руководителя Лефортовского отделения Сбербанка Ч…в В. О. 18 февраля отказался выдать мне крупную сумму, посчитав мой паспорт поддельным, хотя я по нему не раз в этом отделении ранее клал на счет деньги. Он вызвал наряд полиции, который доставил меня для установления личности в отделение. Эксперт признал паспорт подлинным, и несколько часов спустя я вернулся в сбербанк. Однако продавцы квартиры, которую я покупал, уже ушли и вообще в дальнейшем отказались от сделки, поскольку посчитали меня после этой истории подозрительным типом...
(Из письма в редакцию)
Я тут пару недель по Москве миллионером походил. Впечатление, скажу, неоднозначное. Мороки много.
Когда свою квартиру в области продавал, покупатель наличными рассчитался. Пачки купюр из сумки достает и достает… Пересчитал я денежки, веревочку на рюкзаке затянул, руки мы друг другу пожали, и я пошел. Оглядываясь. С одной стороны приятно, лямки на плечи давят, а с другой тревожно. По радио чуть ли не каждый день передают, что ограбили очередного безработного или пенсионера, отняв миллионы. И люди слушают и радуются. Понимают, что за получку или пенсию и первый, и второй горло бы перегрызли. А так вроде хоть где-то какая-то справедливость есть.
Походил я, купил часы крутые, ботинки фирменные, ремень дольче габбано, устал и прямо с рюкзаком в банк. В наш главный сберегательный, лефортовское отделение.
Талончик взял, очереди дождался.
– Девушка, – говорю, – мне бы деньги на счет положить. Пусть у вас полежат. Так спокойнее.
– Паспорт давайте. Сколько у вас денег?
Я наклонился и шепнул прямо в ухо. Она услышала – аж порозовела. Паспорт «просветила» на специальном приборе. Потом в кассу отправила. И там паспорт проверяли, пока я деньги из рюкзака в лоток выгружал.
После кассы мой рюкзак сдулся. От пуда денег осталась бумажка с печатью. Потом гараж продал – доложил на счет денежек, машину. Чувствую, сберкнижка на глазах тяжелеет, операционистки меня уже в лицо узнают.
С одной стороны, я – миллионер, с другой, бомж – жить негде. Я и продавал-то все свое добро, чтобы жилье в столице купить. И пошел в агентство недвижимости.
Там риэлтор на приеме скучает.
– Мне бы, – говорю, – квартиру в Москве.
– Мне бы тоже, – вздохнул риэлтор, – у вас такие деньги есть?
Я наклонился и ему на ухо шепнул. У него глаза широко открылись, а когда я ему бумагу с распечаткой счета из сбербанка показал, он вскочил и закричал:
– Что ж мы сидим?! Давайте варианты смотреть!
День смотрим, другой. Где альтернатива, у кого дети с опекой, обременение в виде навечно прописанной бабульки. На третий день в дом на окраине пришли, где какая-то фифа крашеная заявила, что её халупа стоит как квартира в Монако и не франком меньше.
– В Монако хрущевок нет, – сомневаюсь, – сам там не был, но точно уверен.
– Может и нет, – поджала она губы, – только двушка монакская не дороже моей…
Походили мы с риэлтором еще и подобрали вариант.
Две старушки квартиру в сталинке продают. Мебель допотопная, трофейное пианино, по фикусу в каждой комнате. Пять кошек под ногами шмыгают.
Старушки пообещали своих «заек» пристроить, фикусы на прощание полить, и мы ударили по рукам. Дальше они, плача, пошли кошек раздавать, а я в Сбербанк. Взял талончик к операционистке.
– Девушка, – говорю, – мне бы свои деньги заказать.
– Сколько? – поинтересовалась она.
Я на бумажке написал и ей показал.
У неё аж лицо вытянулось.
– Паспорт давайте!
Долго его просвечивала на специальном приборе, сверяла данные со счетом, потом кивнула, что все в порядке.
– Деньги заказывайте в кассе за день.
– Мне на понедельник, – попросил я.
– Если на понедельник, то в четверг, – странно посчитала она.
Я еще в кассу постоял, где снова паспорт проверили и заказ приняли.
В понедельник все в сбербанке встретились. Старушки волнуются, риэлтор – тертый мужик – сухой паек взял. Четыре часа мы в очереди на оформление банковской ячейки под сделку простояли. И там паспорт проверили. Потом пошли деньги снимать.
– Сколько брать будете? – поинтересовалась операционистка.
Я ей на ухо шепнул. У неё аж рот открылся. Но ничего, паспорт мой проверила.
– Сейчас, – говорит, – Василий Олегович ордер завизирует, а то очень уж сумма неприличная.
Подошел какой-то рыжий в белой рубашке и по виду совсем не начальник. Ордер взял, в паспорт заглянул. Потом с ним ушел.
Пять минут проходит, десять. Старушки валидол принимают, риэлтор – бутерброд с осетриной.
Через пятнадцать минут двери открываются, и в банк вваливаются автоматчики в касках. И этот рыжий руководитель из-за барьера им на меня показывает.
– У гражданина паспорт поддельный, он по нему со счета снять хотел… – подбегает к полицейскому, у которого лычек на погонах больше, и шепчет на ухо.
Полицейский, как услышал, затвор на автомате передернул. Обступили меня со всех сторон, повели под конвоем.
– Конечно, – зашептались старушки, – откуда у честного человека такие деньги?!
– Бабушки, – кричу, – недоразумение! Я вернусь, никому квартиру не продавайте.
Старушки от меня шарахнулись:
– Ирод! Из-за тебя кошек зря передушили, грех на душу взяли.
Посадили в машину и с сиреной в отделение повезли. Там начальника на месте нет, эксперт на выезде. Потому дальше сами знаете. «Часы на стол, ремень и шнурки снять. Вы имеете право…» Какое там право? Два метра от двери до окна с решеткой.
Но к вечеру разобрались и отпустили. Даже в лефортовский сбербанк успел. Старушек, правда, там уже не было. А риэлтор, ничего, меня дождался. И я купил через него ту самую квартиру, которая как в Монако.
Сижу теперь на кухне в пять с половиной метров, смотрю на помойку за окном и вспоминаю, как с рюкзаком денег по Москве ходил.
Вы наверно спросите, сколько у меня в рюкзаке миллионов было? Сколько-сколько… Вам-то что?! Да и нет их уже. Ни копейки. Что там деньги, шнурки на ботинках и то разные, часы почему-то с символикой МВД и ремень на штанах полицейский.
Андрей Макаров