Диана СВЕТЛИЧНАЯ
С апреля она бомбардировала меня звонками. Разговор начинала с томного “все остались без работы, вы, наверное, тоже?”, сочувствовала моей занятости и, понижая голос, настаивала “нам нужно встретиться”.
По телефону о своем "важном деле" она рассказать не могла и готова была ждать встречи. Все лето у меня были поездки, это был жаркий период, мне было не до свиданий, я часто была вне зоны доступа сети, на ее пропущенные звонки не реагировала. И вот на днях знакомый голос с придыханием — таинственность, недосказанность. Демоническая женщина! Хорошо, встретимся.
В кафе она боится, вирус и все на свете. Шлет адрес. Какого черта соглашаюсь? Вечное любопытство. Дорога вверх, еду и смеюсь над своей глупостью. Вип-городок, шлагбаум. Пальмы, фонтаны, газон. Все, как я люблю. Встречает. Спелая, сочная баба в повязанном на африканский манер платке. Крым и рым за плечами (глаза пластический хирург не заменит). Говорит голосом Татьяны Веденеевой. Во мне видит Хрюшу.
— Я тут кое-что написала… — Выносит пачку бумаги Снегурочка.
Усаживается в кресло. Собирается читать.
— Простите, боюсь, у меня нет времени… — Чувствуя, что краснею. (Господи, когда я перестану краснеть!)
— Это большой труд, — отвечает совершенно серьезно.
— Я вижу, — пялясь на люстры, барокко и рококо, мямлю я.
— Я бы хотела, чтобы вы посмотрели и сделали текст легким и веселым.
— Сколько? — спрашиваю я.
Веденеева теряется и просит женщину принести нам чай. Пока крепостная носится по клетке, я слушаю лекцию про судьбы родины, про то, как космические корабли бороздят просторы Вселенной, про то, что значит волонтерство в жизни современного общества, про то, как важно уметь дружить.
— Сколько? — переспрашиваю я.
— Я вас не обижу, — после некоторой паузы цедит Царевна. — Вы пока начинайте, пару глав сделайте…
— Я все поняла, — голосом Хрюши хрюкаю я.
Прощаясь, мы целуемся-обнимаемся, улыбаемся-обнимаемся. Ведем себя как куклы из театра. За калиткой сказочного домика стоит небольшая урна. Мне плевать на то, что в этом гетто повсюду камеры. Пачка Снегурочки едва вмещается в эту урну. Это большой труд.