Какие только средства не использовали, чтобы быть красивыми.
Моча — для зубов и стирки.
Когда французский врач Пьер Фошар опубликовал в 1728 году монографию «Хирург-дантист», он взбудоражил общество. Дело в том, что Фошар предлагал возродить римскую традицию использовать мочу в дентальной медицине.
Врач утверждал, что моча способна затормозить кариес на его ранних стадиях. Между прочим, не так уж неправ был Фошар: содержащийся в моче аммиак в состоянии бороться с бактериями, стимулирующими развитие кариеса. Многие последовали совету Фошара (особенно те, у кого не было медстраховки). Ну а кроме того, моча использовалась в бедных семьях при стирке одежды вместо мыла.
Сгоревший хлеб — для отбеливания зубов.
Очищение зубов черными остатками углеводов — практика, получившая широкое распространение в XIX веке. Настолько широкое, что в «Дамском справочнике этикета и хороших манер», изданном в Америке в 1860-х годах, рецепт зубной пасты из сгоревшего хлеба значился как базовый элемент в нелегком деле поддержания красоты: «Отрежьте толстый кусок хлеба, разделите его на ломтики и сожгите их до состояния угля. Затем потолчите до консистенции пудры — ваша зубная паста готова».
Белладонна — для увеличения глаз.
Наши потомки рассуждали так: чем больше и ярче глаза, тем красивее. С одной стороны, с ними сложно не согласиться. С другой стороны, способ, к которому они прибегали, чтобы заполучить такие глаза, по-настоящему пугает и заставляет глаза непроизвольно сужаться.
Знатоки по всей Европе и Америке рекомендовали закапывать в глазницы настойку травы белладонны, известной также под менее гламурными именами: красавка обыкновенная, красуха, а то и вовсе сонная одурь. Входящий в состав травы атропин вызывает у человека сильнейшее возбуждение, доходящее порой до бешенства. Разумеется, белладонна здорово стимулировала глаза: зрачки тут же расширялись и вызывающе сверкали. Вся эта красота прекратилась к началу XX века, после того как участившиеся случаи слепоты связали наконец-таки с внутри-глазным употреблением белладонны.
Мышьяк — от несовершенств кожи.
Таблетки с мышьяком (доза мышьяка в них, правда, была мизерной) широко использовались для лечения прыщей в XIX веке. Их советовали принимать каждые два часа для более заметного результата. Конечно, общее состояние человека ухудшалось, он постоянно чувствовал слабость, сонливость и легкую тошноту. Впрочем, все эти симптомы вполне соответствовали меланхоличной моде викторианского времени.
Медвежий жир — для здоровья волос.
Конечно, и в наши дни можно столкнуться с медвежьим жиром: преимущественно он обитает в студиях целительных программ федеральных каналов. А в XIX веке медвежий жир считался необходимым условием для роста, густоты и блеска волос, с его помощью волосы и очищали, и питали. А вот вода — нет, вода считалась вредной.
В «Руководстве о здоровье, красоте и моде», изданном в 1834 году, прямо так и написано: «Практика мыть голову водой — теплой или холодной, приобретшая популярность в последнее время, заслуживает самого сурового порицания, так как ведет к головным болям, ушным болям, зубным болям и жалобам на ухудшение зрения».
Горчица и соляная кислота — от веснушек.
Пожалуй, никогда еще веснушки не подвергались таким гонениям, как в XIX веке — в эпоху романтизированной бледности. Те, кому не повезло родиться усыпанными веснушками, использовали все средства, чтобы изгнать их со своей кожи. Популярный рецепт 1891 года гласил: «Поместите горчицу в емкость с кислым молоком, дайте настояться 12 часов. Наносите смесь несколько раз в день». А в свободное от горчицы время лицо можно было протирать соляной кислотой. Ну а уже потом наслаждаться покраснениями, а то и легкими ожогами.