Моя жизнь дивно вписывается в жизнь нашей страны. На последние спокойные времена – восьмидесятые – пришлось моё детство. Вспоминается лето у дедушки с бабушкой в деревне: ноги в крапиве, речка и три длинные грядки клубники в саду, а вечером парное молоко и передачи по телевизору – «Спокойной ночи, малыши!» и тут же программа «Время». Утром всё сначала, и так три месяца подряд.
А к осени покупалось коричневое школьное платье с фартуком и колготки, которые собирались в гармошку на голенях. Вскоре приходили первые бумажные письма от подруг, и во дворе до темноты был слышен гомон детей.
В девяностые я вступала в отрочество и юность, лихорадило и страну. Появились джинсы, кассетные магнитофоны и свобода слова. В киосках также свободно стали продаваться сигареты, алкоголь, жвачки и шоколадные батончики. «И всё заверте...», как сказал бы классик.
Теперь моё поколение окончательно повзрослело. Мы ещё относительно молодые, но уже тёртые и изо всех сил устраиваем свой быт. Тем временем память нет-нет, а напомнит беззаботные времена, когда молоко продавали в стеклянных бутылках, мы ходили в коротких штанишках, и нашим любимым развлечением были скакалки и классики.
Мы верили в светлое будущее и думали, что дедушка с бабушкой всегда будут ждать нас. Автомобилей на дорогах ездило мало, и нас выпускали гулять одних.
Быт в каждом доме выглядел одинаково, поэтому советские вещи очень узнаваемы. У нас в домах были типовые графины, зеркала, швабры, вёдра, столы и шкафы.
Казённая обстановка тоже устраивалась по единому образцу.
Женская красота оценивалась немного по другому канону. Полная женщина считалась здоровой, некапризной и выносливой.
Многое изменилось с тех пор, но память хранит детские ощущения. Иногда забудешься утренним сном и ждёшь, когда мама позовёт на завтрак. Потом понимаешь, что теперь мама – это ты. Только и остаётся хранить воспоминания и глядеть на пожелтевшие картинки.
Подписывайтесь на канал, и мы будем вместе всесторонне изучать акварель!
Берегите вдохновение!
Ваша К. С.