Космонавт изображается очень просто, намного легче нормального земного человека.
Так сообщил Владик, вырисовывая вместо привычной головы с ушами и ртом огромный белый круг. Посмотрел на папу. Объяснил ему, недогадливому:
— На них же все время шлем, так что лицо рисовать не нужно.
— Поразительно, — сказал папа.
И все же художник придирчиво отстранился от листа. Несмотря на почти фотографическую точность картинки, его все равно что-то смущало.
Папа назойливо стоял за плечом и произносил какие-то непонятные слова про авторский замысел и контекст.
Владик подумал и украсил шлем героя полуметровой антенной.
Стало гораздо лучше, но не сильно.
Владик отнес рисунок маме. Мама сказала, что это очень хороший космонавт, и он очень хорошо летает в космосе.
— Вообще-то он на Луне, — сказал Владик расстроенно.
Ему как раз казалось, что все довольно очевидно.
Но — критика есть критика.
В итоге под ногами космонавта появилась лунная каменистая дорога, на заднем плане - лунные горы и маленькая ракета у их подножия. От ракеты до космонавта тянулись уверенные следы. И хотя в шлеме этого было не очень видно, человек явно достиг своей цели, потому что он радостно улыбался.
"У нас в детском саду была такая металлическая ракета с горкой, — говорил папа маме. Они сидели за столом, ужинали, а Владику еще только грелось на плите, — И мы туда залазили, выбирали считалкой каждый раз нового Гагарина, и тот говорил: "Поехали!" Такое было техническое решение... В основном, летали на Луну, выходили из ракеты, восторгались: смотрите, лунное дерево, лунная качеля, лунный сторож дядя Николай!"
"Меня почему-то очень редко выбирали Гагариным", — задумчиво добавлял папа.
"Один раз, — говорил он, — я решил вылезти на Луну через иллюминатор, но почему-то застрял. Сначала меня спасали. Потом кидались лунным грунтом..."
— Владик, ужин! — сказала мама. Владик взял листок и пошел на кухню.
— Как его зовут? — спросил папа, увидев завершенный вариант картины.
— Космонавта? — уточнил художник.
—Да.
— Владик, — удивленно пожал плечами Владик.
Иногда папа задавал совсем уж наивные вопросы.