Жёлтые груши валяются на асфальте, красные лапки нахохленных голубей ходят по ним, и осеннее солнце-фартинг летним не станет за тучами, хоть убей.
Лето прошло, не оставив на теле ссадин. В городе август — дождями богат как Крез. Мамы нас больше не водят за ручку в садик. Сами-с-усами мы ходим во взрослый лес.
Взрослые дети, но с очень серьёзной моськой. Пятна тумана изляпали горизонт. Там, под ветвями дубов, живёт милый монстр, и у нестрашного монстра — волшебный зонт. Спицы зонта серебристо увили руны,
тайные знаки, узоры и кельтский крест. Ты приглядись, удивишься, какой рисунок — карта инаких морей и прекрасных мест.
Зонтик грибом раскрывается, зонтик славный: молнией сверху пикирует птица Рух, и на опушку бегут танцевать кентавры, Фродо опять покидает свою нору (в отпуске Гэндальф, но гномы весьма нахальны). Крутится зонтик, всё словно бы под водой. Уши торчат из опасного Зазеркалья, Сфинкс и Слепой собираются в Серый Дом. Мир — карусельная лошадь, и кружит, кружит. Лучше зажмурить глаза и считать до ста.
Монстр, подари чудо-зонтик, нам это нужно, нет, не дари, но пожалуйста, не устань.
Мы-то устали, о Мерлин, как мы устали, может, поэтому вспомнили о тебе. Я, например, никогда не летала в Таллин, друг, например, как назло, не летал в Тибет.
Жёлтые груши валяются на асфальте. Кто там за главного? Лета б ещё чуть-чуть.
Добрые монстры сбегают из-под кровати, знаешь, как сильно мне хочется их вернуть.
Ветер уносит зонтик, и он всё выше, выжато солнце, и нам остаётся жмых. Монстры особенно ласковы к тем, кто пишет странные сказки. Они обожают их, вся эта шайка, монстрячая коза-ностра. Лужи глубокие, в каждой смеётся бес.
Будет беда — мы погладим пушистых монстров, кроме того, в километре есть взрослый лес.