Света к Новому году подготовилась заранее. Переболела коронавирусом в октябре и купила праздничное платье на весенней распродаже. На что только не пойдешь, чтобы впервые за 10 лет встретить Новый год не в постели и не в пижаме.
Уже много лет подряд Свету преследовала дурацкая традиция: каждый год, 31 декабря, она сваливалась с каким-нибудь вирусом и проводила в кровати все праздничные каникулы. Но в этот год решила разорвать порочный круг - даром что ли к Блиновской на марафон ходила, мужа себе загадывала, которого будет встречать в кружевном фартуке на голое тело.
Утро было солнечным. За окном, словно посыпанные сахарной пудрой, стояли пушистые елки.
Света сварила кофе и устроилась на подоконнике пить последнюю в этом году чашку капучино. Она жмурилась ярким лучам, улыбалась и мурлыкала под нос “И Новый год, что вот-вот настанет…”
Настроение было превосходным! Она включила Яндекс.станцию и, пощебетав с Алисой о погоде, начала украшать квартиру. Елку, а точнее маленькую аккуратную, прямо как она сама, пихточку Света еще с вечера занесла с балкона “расправляться”. За ночь вся квартира пропиталась свежестью хвойного леса и мандаринами, которые ярко-оранжевыми цыплятками лежали по всему дому.
Света начала с самой сложной работы - нужно было развесить гирлянды. Одинокой девушке 155 ростом эта задача была сродни акробатического этюда под куполом цирка. Когда осталось последнее, самое любимое кухонное окно, Света забралась на стремянку, но оступилась и едва не грохнулась вниз. Она резко дернулась, чтобы удержаться, и в позвоночнике что-то хрустнуло. Спину заклинило в нелепой полусогнутой позе, будто бы она держала в руках невидимый шар для боулинга и собирался его отпустить.
Пыхтя и постанывая, Света спустилась со стремянки и хотела разогнуть спину - тщетно. По позвонкам пробегал электрический ток, который словно отстегивал ноги.
В таком состоянии она не то, что до аптеки не могла дойти, но с трудом, по стеночке доползла до стола, где лежал сотовый телефон и набрала 112. Оператор внимательно выслушала и сообщила, что, поскольку угрозы жизни нет, нужно звонить участковому терапевту. Но уже в следующем году.
- Все равно я встречу Новый год, как задумала! - сказала Света вслух и, едва волоча ноги, маленькими шажочками направилась к соседке БабЗине.
Старушка была сварливой и резкой, и многие ее недолюбливали. Но сейчас было не до жиру. К тому же, Зинаида Петровна прошла войну, отпахала 40 лет на заводе, воспитала пятерых сыновей и наверняка знала, чем мазать заклинившую спину.
Дотянуться до звонка Света не смогла и принялась колотить ногами в дверь.
- Чего тебе? - услышала она из-за двери недовольный голос. - Зачем тарабанишь.
- БабЗин, откройте пожалуйста. Спину заклинило, разогнуться не могу.
Замок щелкнул, и на пороге появилась маленькая старушка с острым носиком, тонкими, утонувшими в морщинах губами, и огромными очками, через которых на Свету смотрели два изъеденных катарактой глаза.
- Скакала опять небось, как коза.
- Гирлянду вешала. БабЗин, вы же сейчас гулять пойдете. Может, прихватите мне в аптеке мазь какую-нибудь…
- Тут мазью не обойдешься. Тут нужен Игорек.
- Это аппликатор какой-то? Или бандаж?
- Сама ты бандаж. Игорек - это лучший мануальный терапевт города. Да что там. страны. Золотые руки, а не мужик. Он меня после перелома шейки бедра на ноги поставил. Помнишь, приходил ко мне? Ты еще пару раз ему дверь открывала, когда я лежачая была.
- Это лысый что ли?
- Он самый.
- Нуууу, вряд ли ваш Игорь потащится ко мне 31 декабря....
- Игорь - придет! Ты иди домой, только дверь не закрывай. Приляг. А я к тебе приду, пояс из собачей шерсти принесу - отпустит немного.
Старушка хлопнула дверью и не оставила Свете возможности возразить.
Минут через 10 она доползла до квартиры и, не смея перечить старушке, которую, по слухам, боялся сам Фюрер, Света легла на диван в единственно возможной позе эмбриона. Следующие 10 минут она провела, пытаясь силой мысли перенести пульт с тумбочки к себе в руки, пока не сообразила, что можно включить телевизор можно со специального приложения в телефоне.
На экране появился Женя Лукашин. Уже в бане и пьяный. Вскоре Света задремала и проснулась от того, что кто-то укутывали чем-то колючим ее поясницу.
- БабЗина, это вы? - Свете было так хорошо, что она даже не стала открывать глаза.
- А кто ж еще? Я тебе там пирожков напекла…
- БабЗи..
- Лежи и помалкивай. Пирожки с капустой. “Мимозу” в холодильник поставила, холодец туда же. Тебе готовить некогда, а мне некому. Все. Пока. Лежи.
- Спасибо, бабЗин.
- Ах, да. Игорек придет к шести вечера. Я его сама впущу.
- К шести? Да какой… - Света хотела сказать “идиот попрется так поздно”, но вовремя прикусила язык.
- Все, некогда мне с тобой болтать. Там по “Первому” “Девчата” начинаются.
Баба Зина ушла, оставив после себя запах горячего хлебы, лука и корвалола. Света достала телефон и открыла ватсап. В чатах сыпались дурацкие открытки, видюшки, “письма счастья”, которые надо разослать сотне друзей. Но сегодня они не бесили. Света быстренько прошла тест “Какое она Новогоднее блюдо”. Оказалось, что холодец.
- Что верно, то верно, - сказала она вслух.
Для своих подруг Света приготовила одно и тоже поздравление и скачала картинку с коровой, которая лежит в позе Венеры Урбинской с выменем на выкате. Теперь оставалось только копировать-вставить. Началась вторая часть “Иронии судьбы…”, Света смотрела вполглаза и читала ответы подруг. Некоторые даже не заморачивались и репостили кем-то отправленные картинки. Это немножечко обижало Свету, хотя она и понимала, что у подруг просто нет времени на эту ерунду. У всех дети, мужья, тазы салатов и неотбитая свинина.
Про свою спину решила не говорить, потому что… ну потому что зачем портить людям праздник своим нытьем. К тому же в ее вынужденном диванном возлежании была какая-то неуловимая прелесть. Свете впервые не нужно было искать оправдание перед самой собой, чтобы бездельничать. Единственное, о чем она сожалела, что не успела закончить новогодние ритуалы. Разве только мандарины по всем углам разложила. Осталось еще развесить гирлянды, расставить аромасвечи. И, конечно, принять ванну с бокалом просекко.
- Ну, ничего, вот придет этот Игорь с золотыми руками и поставит меня на ноги. Наверняка он будет спешить. И как уйдет - я залягу в ванну.
Лежать в одной позе становилось невыносимо. Бок затек, да и естественные потребности рвались наружу. Света, постанывая, спустила ноги с дивана, доползла до туалета, просочилась в ванну, а оттуда свернула на кухню и прихватило тарелку с пирожками.
Возле дивана осторожно попробовала разогнуться, но, получив очередной электрический разряд в копчик, передумала и легла. Но уже другим боком. Настроение было отменным. Пироги, которые она лет сто не ела, были восхитительными. Женя Лукашин пел неподражаемо. Что еще нужно для счастья!
Телефон запиликал. Мама написала, что добралась до санатория и прислала фотки номера. Как всегда смазанные и размытые. Света отправила ей смайлик с поднятым большим пальцем и ответила, что у нее все великолепно.
Оставалось еще одно незавершенное дело - проведать, как там поживают соцсети. А проживали они замечательно. Словно кого-то стошнило мишурой, елочными игрушками и фэмили луками. Света пошарила в телефоне и нашла фотку с центра, где она сделала снимок своего отражения в гигантском елочном шаре и подписала “Всегда праздную Новый год дома, чтобы когда в дверь постучалось Счастье, я его впустила”. Потом поставила везде статус: “Без шампанского не входить” и добавила на аватарку красный колпачок. Она выдохнула, довольная тем, что выполнила свой социально значимый долг, отложила в сторону телефон и с любопытством отметила, что комната залита сумерками. В чужих окнах танцевали гирлянды, и дом напротив походил на какое-то увеселительное заведение с барами и стриптиз-клубами.
Раздался звонок. И Света не сразу сообразила, что трезвонит не только Ипполит в дверь в Наденьке. Кто-то несколько раз надавил на ее, Светин, звонок. А потом дверь распахнулась. Света схватила телефон и увидела, что уже ровно шесть вечера.
Продолжение следует...