Своего не назвав имени

Раскалённые веки стужá и ширя,

(Да какая разница, по кому),

Скорбь, отнятая у всего мира,

Воет в одном дому.

Бабой воет. Простой, нехитрой,

Кличет, бедная, горло рвёт,

Прямо по сердцу ржавой бритвой,

Вроде завтра же – ей черёд.

Хитрость же в том

И всея̀ шутка,

Что у горя каждого есть резон, -

Кричать долго, сколь хочешь жутко,

Можно всякому о своём.

От чужих вопросов – да чёрный платок,

Не замай, не надо, не подходи,

Дай выплакаться чуток, пусть легчает в груди...

Самого зачатья оплакать не премини,

Своего не назвав имени.