«Башни нависли над городом. Сторожевые, древние — они были защитой и достопримечательностью. Одновременно! Старая каменная кладка выщербилась и пообтёрлась. Черепица на крышах понесла урон. От дождей, вьюг и недобросовестного солнца. Зубцы перестали иметь угрожающие — вилами — формы. На них нередко сидели ребятишки. Пуляли из рогаток по воробьям. Хохотали и тревожили матерей. «Свалится, паршивец!»
Однако, до того ли женщинам в городе, времён средневековых. И всполошившись минутно, они сразу забывали про трепет материнского сердца. Принявшись снова за дела, домашние.
Мужчины-воины — собственно защитники и герои. Ватагу не гоняли. Скучно день напролёт томиться на верхотуре и оглядывать пустые горизонты. Тем паче, среди веснусчатых отроков попадались и их сыновья. Родные и нажитые. Мужички — просты в своих инстинктах размножения — не делили отпрысков. И правдиво оделяли заботой и вниманием каждого. Мальчугана. «Вдруг, и этот мой..» Строгали им — длинными ножами, для рубки ворогов — свистульки и орудия ударов по пичугам. Снабжали рогатинки кожаными ремешками, для натяга пращи. А дудочки украшали тонкой резьбой. В мирном городке редко случались поводы для настоящих битв..
Брусчатка узких кривых улочек, хорошо просматриваемых со стены. Чёрная с серым, белыми вкраплениями кварцев местных каменоломен, подрумяненная. Тоже была — своего рода — редкость и гордость жителей. Где ещё ценный камень под ноги кладут! Матовые, полупрозрачные булыжники старательно отмывали к каждому престольному празднику. Полагая, святые не оставят заботой бережливых и чуждых грязи жителей. Да и сам городок именовали — среди своих — «Твёрдый». По названию, распространённого в краях, минерала.
Когда войско ордынцев — жестоких в своей ярости, изворотливых в своей лютости. Посетило местечко. Вырезали всех. Баб, детишек, стариков.. Мужчины на стене слишком поздно приметили разведчиков. И были сняты меткими стрелами ловких охотников. На людей.
Кварцы, залитые багряными реками крови. Не спасли — святые не приняли прежней жертвы. Им была нужна новая, другая.
Согласно легенде. В городе больше никто и никогда не жил. А на безмолвных, покрытых прахом веков и грехами похоти, улицах. Произрастали красные кварцы. Самые редкие. И самые отчаянные, из камней.
Потому что, именно эта жертва и была принесена..»