Всякий бытовой алкоголик отлично знает пару десятков ребят, которые тоже бухали, но по каким-то причинам или просто намеренно завязали. Не трезвенников вообще, а именно тех, кто пил, в том числе и лично с ним, но потом почему-то бросил.
Конечно, они вызывают у него раздражение, и я уже писал про то, что связано это с демонстрацией действующему алкоголику разницы между тем, кто он есть, и тем, кем мог бы быть. Но если отодвинуть в сторону это самое раздражение, то выяснится, что эти вот бросившие ребята вообще-то от алкоголиков и правда дистанцируются. И это вызывает уже не раздражение, а презрение, потому что ведь мы были такими кентами, так весело пили вместе, а теперь посмотрите на этого фраера - в глаза не смотрит и с мужиками общаться перестал.
Собственно, все реально бросившие такие вот и есть - они отходят в сторонку и постепенно исчезают из вашей жизни, иначе у них велик шанс сорваться и они просто предохраняются. Вы по-прежнему случайно встречаетесь раз в два месяца в торговом центре или на заправке, но поговорить вам уже не о чем и всякий раз вы думаете о том, во что человека превратило пагубное пристрастие. Иногда вы думаете о том, что и предложить-то ему нечего - не позовёшь же его выпить по кружке пива, он же завязался.
Часть бросивших алкоголик видит в социальных сетях. Они бегут от алкоголя в сторону спорта - катаются на великах, лезут в гору и отчаянно демонстрируют миру, как они излечились. Может, они ничего наглядно и не демонстрируют, но алкоголик воспринимает это именно так. Я думаю, что для части завязавших спортивный эксгибиоционизм в социальных сетях - часть посталкогольной терапии, людям это реально важно в том числе для получения поддержки от сторонних людей. Ну и часто важно для самого себя как-то зафиксировать свои антиалкогольные успехи, как бы натянуто это ни выглядело со стороны.
Алкоголик постоянно слышит какие-то мутные истории о том, как кто-то зашился, но на каждую такую историю есть история и о том, как кто-то расшился. В голову лезут какие-то зашитые в руки торпеды с препаратами, которые в случае употребления спиртного впрыскиваются в кровь и убивают несчастного. Алкоголик понимает, что это невозможно, и вяло рассуждает о том, что зашиться на самом деле нельзя, только людям голову морочат.
Небольшой процент бросающих скрывается в религии, этих психов алкоголик у себя в сознании выделяет в категорию сумасшедших отдельно, и если заглянуть в любую региональную епархию, то среди священнослужителей точно найдётся отставной военный, который старательно служит богу и не бухает, но на самом деле, знает действующий алкоголик, на Пасху напивается до невменяемого состояния. И вообще они там все постоянно вином урабатываются. Так думает алкоголик, размышляя о том, что я-то не такой, конечно.
В целом основной посыл любой антиалкогольной терапии - устраниться от центра алкогольных удовольствий. Чаще всего это значит, что нужно разорвать связи с друзьями-алкоголиками. Это чрезмерно сложно, особенно для людей, которые пьют с ними десятилетиями, строят дружбу вокруг бутылки и вообще смутно представляют, что без спиртного за пределами работы делать. И, конечно, для тех, кто остаётся на этом алкогольном плоту, спрыгнувшие с него кажутся ренегатами, предателями, штрейкбрехерами и вообще психами. Но, вероятнее всего, в большинстве случаев жизнь дороже мнения алкоголиков.