Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Север Камчатки. Чем здесь прельстился предок?

В 1975 году в газете «Камчатская правда» было опубликовано стихотворенье Герольда Киселёва об одном из мест Карагинского района, Анапкинском заливе, где на песчаной косе стоит посёлок Ильпырский Залив грохочет многотонным прессом, и день и ночь работает накат. Иду к нему, объятый интересом, между домов рыбацких наугад. На что залив Анапка силу тратит, когда гудит разгневанный зюйд-ост, морской капусты залежи накатит иль нашвыряет горсти донных звёзд. И, властелин домишек поределых, он сыплет соль на крыльца и ботву. Он натянул до самого предела Ильпырскую косу, как тетиву. Волна растет и, встав крутой ступенью, излишком веса рухнет, как стена, рассыплется, откатит, только пена останется, как пенопласт, плотна. Склады, бараки — здесь всего в избытке, — дома, столбы, цехов засольных строй, — на лезвии, на чёрточке, на нитке каких-то двести метров шириной. Что здесь нашёл? Чем здесь прельстился предок? Ни деревца, песок из года в год. И солнца луч так долгождан и ре

В 1975 году в газете «Камчатская правда» было опубликовано стихотворенье Герольда Киселёва об одном из мест Карагинского района, Анапкинском заливе, где на песчаной косе стоит посёлок Ильпырский

Залив грохочет многотонным прессом,

и день и ночь работает накат.

Иду к нему, объятый интересом,

между домов рыбацких наугад.

На что залив Анапка силу тратит,

когда гудит разгневанный зюйд-ост,

морской капусты залежи накатит

иль нашвыряет горсти донных звёзд.

И, властелин домишек поределых,

он сыплет соль на крыльца и ботву.

Он натянул до самого предела

Ильпырскую косу, как тетиву.

Волна растет и, встав крутой ступенью,

излишком веса рухнет, как стена,

рассыплется, откатит, только пена

останется, как пенопласт, плотна.

Склады, бараки — здесь всего в избытке, —

дома, столбы, цехов засольных строй, —

на лезвии, на чёрточке, на нитке

каких-то двести метров шириной.

Что здесь нашёл? Чем здесь прельстился предок?

Ни деревца, песок из года в год.

И солнца луч так долгождан и редок,

как послезимний первый пароход.

-2

А грянет шторм — дохнёт слепая сила,

сметая все с дороги, как орда, —

солёный вал перехлестнет могилы

тех, кто Камчатке верен навсегда.

Герольд Киселёв