Юбилей

Клавдия Михайловна призадумалась, подытоживая прожитый юбилейный день.

Вот уже и девяносто. А кажется, только вчера было восемьдесят, и вот также отмечали юбилей. Десять годков, как корова языком слизала. Года сгорели, как хворост.

Но чего печалиться-то?! Здоровье хуже не стало. В той же поре, слава богу.

Вспоминается молодость. Как она работала в Джезказгане бухгалтером в банке. Подошла цыганка к соседнему окошку и сотрудница начала выдавать ей всю наличность, какая у нее была под рукой. Когда вышла цыганка, Клавдия Михайловна сообразила, что здесь что-то неладное, что сработал цыганский гипноз. И нажала ногой тревожную кнопку. Далеко не ушла цыганка. Поймали, когда закапывала деньги возле железнодорожного полотна.

Потом была еще народным заседателем в суде. И удалось спасти парня, безвинно приговоренного к тюрьме. Поработала в Мурманске, видела северное сияние и белые ночи.

Но в основном ее жизнь связана с совхозом. Здесь вышла замуж, работала в совхозе бухгалтером, здесь вышла на пенсию. Зимовать едет к детям – в Москву или Луганск. Но в Луганске сейчас небезопасно, поэтому если и приезжает, то на пару дней….

А юбилей хорошо отметили. И администрация хутора не забыла. Пришли, поздравили. Цветы, грамоты, подарки. Поздравления и пожелания, не сухие, официальные, а от сердца идущие.

Зять свой сборничек стихов придарил с автографом: «Жить до ста».

И зачитал стихи, юбилею посвященные.

На детей обижаться грех. Вон москвичи какую кухню отстроили, как дворец. И гостей привечать не стыдно. И ванная теперь есть, купайся- не хочу. А десять лет назад кухонька крохотная была. И юбилей во дворе отмечали. Благо, погода была хорошая. Без дождя, без жары…..

Вдруг она как бы очнулась от мыслей.

- Это ж надо, даже сюда слышно.

В летних сумерках, в наступившей тишине, там за рекой, кукушка без остановки, без запинки щедро раздаривала года.