Алкогольные спецэффекты

Я считаю, невозможно хорошо узнать человека, если не видел его пьяным. Например, у нас есть друзья, семейная пара - Тоня с Мишей. Ласково мы называем их «наши свиньи». Не потому, что мы – хамы, а потому что они сами себя именно так и называют.

Изначально все идет от Миши. Он – творческий человек, писатель. Причем такой классический, с элементами самодурства. Мише надо, чтобы вокруг было все так, как он создал. Бросил он свои штаны на пол – пусть лежат! Они своими изломами, может, будят в нем творческую мысль. Не дай Бог их даже не то что убрать, а просто сдвинуть с места! Ух, что будет!

Миша царит в бардаке, как энергичный петух на навозной куче. Устроится посередине с ноутбуком и стучит по клавишам, аж дым идет. Иногда оглядывается, смотрит на срач, улыбается удовлетворенно, и дальше, опусы творить.

Но упаси Боже внезапно войти и убраться! В-первых, Миша не пустит. Ляжет костьми поперек дороги, вцепится в ногу, оглушит истошными криками. Во-вторых, если даже все это преодолеть и убраться, Миша завянет и впадет в творческий кризис. Тоня в начале их семейной жизни один раз так и поступила. Отправила мужа в магазин, а сама коварно убралась.

И все.

Мировая литература в последующие полгода не получила от Миши ни одного шедевра. Он лежал на диване и грустил. Мысль не шла, Муза улетела в космос, буквы не складывались в строчки. Бедняжка Тоня, едва не плача, ходила вокруг страдальца и самолично разбрасывала вещи. Помогало плохо.

Именно тогда Тоня зареклась убираться в квартире. Теперь порядок к них только на кухне, потому что это – безраздельное царство Тони.

Так это я чему? А к тому, что, когда Миша напивается, его становится просто не узнать. И Тоня, в отличие от многих жен, любит, когда Миша накатит. А все потому, что спьяну Миша начинает убираться. Причем чем он пьянее, тем лучше, как уборщица. Видела я как-то, как Мишка – глаза в кучу, песенку какую-то бубнит, - оттирает незаметное пятнышко со своего стола. Полы уже намыты, и вещи сложены в аккуратные стопки.

Тоня говорит, что если бы не редкие Мишкины пьянки, они бы уже совсем заросли бы грязью.

Ну а теперь, на сладкое, посмотрим на моего мужа.

Муж мой Димка – огромный широкоплечий мужик, с мощными волосатыми руками, растрепанной копной волос и неубиваемой щетиной, которая появляется на его лице почти сразу после того, как он сотрет с лица утреннюю пену для бритья. О том, что у него добрые глаза, знаю только я, потому что не у каждого хватает роста увидеть, что там происходит на уровне почти двух метров над землей.

Одним словом, муж мой имеет наружность весьма выдающуюся. И очень не любит пить. И его можно понять! Фея, которая раздает каждому ништяки при рождении, была на него то ли обижена, то ли сама сильно навеселе. Потому что подарила ему такое…

Короче. Сильно перебрав, мой брутальный муж садится вязать. И если под рукой нет спиц и шерсти, трындец всем. Особенно тем, кто не в курсе ситуации. Когда он впервые подошел ко мне, положил пудовую руку на плечо и сурово спросил: «Ну, и где мои спицы? Куда ты их дела?!», я подумала, что все. Отвоевалась. В мыслях возникли кадры из фильмов ужасов, связанные с колотыми ранами.

Кто-то, кто знал Димасика уже очень хорошо, сунул в его суровые руки клубок со спицами. Димка тут же расплылся в улыбке, рухнул в ближайшее кресло и начал вязать Нечто. Оно было похоже на рваный половик, и дырок там было гораздо больше, чем вязания.

Пока я смотрела, как он сосредоточенно считает петли, собирая разъезжающиеся глаза в кучу, я окончательно и бесповоротно влюбилась в него. Оттуда и началась наша история. Поэтому я не против, когда Димка выпивает. У меня вид клубка с шерстью будит романтические воспоминания.