Первые главы поэмы Александра Твардовского «Василий Тёркин» впервые были опубликованы в «Красноармейской правде» 4 сентября 1942 года. Буквально сразу же после выхода она обрела всенародную популярность. Солдаты всех фронтов с нетерпением ждали ее продолжения, заучивали наизусть отрывки, передавали друг другу вырезки из газет со строчками из произведения. «Василия Тёркина» неоднократно перепечатывали в «Правде», «Известиях» и «Знамени», зачитывали по радио Юрий Левитан и Дмитрий Орлов.
Персонаж Твардовского стал по-настоящему народным героем. Сильный, смелый и находчивый, но при этом простой и понятный каждому, для многих солдат он был настоящим образцом для подражания, который вдохновлял их на подвиги и помогал им справиться с тяготами войны.
Мы собрали пять интересных фактов из истории «Василия Тёркина».
Изначально Василий Тёркин задумывался как герой Советско-финской войны. В 1939 — 1940 годах Александр Твардовский работал корреспондентом газеты Ленинградского военного округа «На страже Родины». Тогда же, в соавторстве с другими писателями, им и был придуман лубочный персонаж по имени Вася Тёркин. Весной 1941-го у поэта возник замысел написать о нем большую поэму. Приступить к работе над ней Твардовский планировал летом того же года. Но жизнь распорядилась иначе, и Тёркину было суждено стать героем совсем другой войны.
Твардовский специально отказался от сюжета и любой конкретики в своей поэме. Он хотел, чтобы «Книга про бойца» получилась универсальной. Для автора было важно, чтобы «Василий Тёркин» был близок всем без исключения фронтовикам и каждый читатель видел в этом произведении что-то свое.
Читать материал по теме: Александр Твардовский о жизни и смерти на войне
После войны в Нью-Йорке вышел псевдо-Василий Тёркин, написанный неким С. Юрасовым. По сюжету этой поэмы, вернувшегося с фронта солдата пытались арестовать сотрудники НКВД, чтобы отправить в ГУЛАГ, но бойцу благополучно удалось вырваться от них и сбежать за границу. Автор этого «неофициального продолжения» не стеснялся брать целые строфы из поэмы Твардовского и переделывать их на свой лад. Александр Трифонович был в ярости, когда узнал о существовании подделки. В особенности его задела надпись на титульном листе книги, где было указано: «По А. Твардовскому».
Читать материал по теме: «Живые и мертвые» Александра Столпера
Удивительно, но русский писатель Иван Бунин, славящийся своим литературным снобизмом, положительно отозвался о «Василии Тёркине» (впрочем, без ложки дегтя в его отзыве все равно не обошлось). В письме к Н. Д. Телешову от 10 сентября 1947 года он писал: «Дорогой Николай Дмитриевич, я только что прочитал книгу А. Твардовского („Василий Тёркин“) и не могу удержаться — прошу тебя, если ты знаком и встречаешься с ним, передать ему при случае, что я (читатель, как ты знаешь, придирчивый, требовательный) совершенно восхищен его талантом, — это поистине редкая книга: какая свобода, какая чудесная удаль, какая меткость, точность во всем и какой необыкновенный народный, солдатский язык — ни сучка, ни задоринки, ни единого фальшивого, готового, то есть литературно-пошлого слова. Возможно, что он останется автором только одной такой книги, начнет повторяться, писать хуже, но даже и это можно будет простить ему за „Тёркина“».
После войны читатели буквально завалили Твардовского письмами с просьбами продолжить «Василия Тёркина». Большинство из них хотело видеть героя поэмы в качестве рабочего завода или колхозного бригадира, который своим ударным трудом восстанавливает страну. Примечательно, что некоторые из этих писем были в стихах. Например, бывший фронтовик Н. Матвеев писал автору «Книги про бойца»:
«...Но прошло четыре года,
Как настал войне отбой,
Как тебя средь нас не стало,
Что случилось, брат, с тобой?..
Может, ты ушел на стройку
Пятилетки боевой?
Но наш адрес ты ведь помнишь —
Он все тот же — полевой...
Но мы знали твой характер,
И уверены мы в том,
Что ты с нами будешь вместе
После всей войны большой
В нашей армии трудиться,
Как в семье своей родной,
Ты ей можешь пригодиться,
У тебя ведь опыт свой...»