Трезвая жизнь Ромки-Косяка, не могла продолжаться долго – желание выпить (или даже употребить, если выпить нечего) практически выедало его изнутри. Привычка изменять состояние сознания выработалась у него со школы. Сейчас, когда он здоровый (уже относительно) мужик за 30 это основательно портит ему жизнь. Ситуация усугубляется если есть хоть что-нибудь выпить. Это стопроцентная зависимость, когда человек не может успокоиться, пока в бутылке осталось хотя бы 20 грамм - его святая обязанность их добить. Факт, кто-то «должен ему», и не мелочь вроде бутылки пива, а полноценно проставиться, не давала Ромке покоя.
Казалось бы, не можешь терпеть – иди и забери у Михи «долг». Но на беду у Романа в половозрелом возрасте появился сдерживающий фактор посерьёзнее мамы. И это совсем не работа, в которой он, после неадекватной реакции директора на «игнорирование» собеседования Михой, разочаровался. Всё было куда серьёзнее. Дома была жена. Здесь необходимо отметить, что супруга Ромки, в отличие от него самого, женщина деятельная. Очень крупный (во всех смыслах) специалист - кассир сетевого магазина с очень непростым характером. Слегка перефразировав, про таких говорят – за неделю не рассмотришь. Такая может скрутить в бараний рог. Что она регулярно и делала с Ромкой, если тот позволял себе выпить лишнего, или не дай Бог, употребить чего-то посерьёзнее. В общем пока жена дома – Ромка исключительный трезвенник. К счастью для него график у них обычно не совпадал, а у неё бывали и ночные смены, так что Ромка-Косяк старался инфантильно корректировать свой график, чтобы появлялись окна для «отдыха», когда ребенка они могли спихнуть на бабушку. Или в крайнем случае – пусть бегает рядом, пока взрослые «отдыхают», тем более если рядом есть чьи-то дети постарше с кем можно поиграть.
В такое «окно» он и планировал засесть с Михой, чтобы как следует «жирануть», заодно почувствовав себя важным человеком, которого Миха подвёл.
Ромка приехал с рейса. Очень удачно рядом с Михиной Газелью оказалось место для ещё одной машины. Припарковавшись он открыл окно у себя с водительской стороны, а Миха с пассажирской – там где ещё работал замок двери. Начинали пить как в неправильном «макавто» - где вместо окошка выдачи вторая машина, и из одной в другую передавались сначала бутылки с пенным напитком, а затем просто высовывались руки – одна с бутылкой, другая с пластиковым стаканом. Когда долг был «погашен» действие (вместе с действующими лицами) было перенесено на скамейку, подоспевшими и обиженными на то что пьют без них, корешами.
Оказалось, что погашенный долг, не повод для прощения и Ромка продолжил активно живописать все негативные аспекты того, в какое нехорошее положение его поставил Миха. После того как беседа перешла на мат, дошло почти до драки, но кореша на то и кореша, чтобы растащить по углам «перегретых» собутыльников. Конфликт то разгорался снова, то затухал. Это могло длиться и дольше, но конец действу положила машина такси, на которой со смены вернулась супруга Романа. В рассветных лучах Михе показалось, что Ромка-Косяк был спасён женой от его карающего негодования. Но для самого Романа было бы лучше «отхватить» от Михи. Мало того, что со скамейки в сторону подъезда супруга направила его схватив за волосы и швырнув, как нашкодившего котенка, так ещё и сопроводила манёвр таким отборным матом, которого никто за вечер не слышал. А вечером, я напомню, ругались два пьяных мужика.
Основательно набравшиеся пацаны всё не могли вспомнить, когда же Миха успел так «отоварить» Ромку-Косяка, что разбил ему глаз и губу. И только Ромка мог полностью восстановить причинно-следственную связь и ещё долго не подходил к скамейке с иной целью, кроме как поздороваться с приятелями.