Кейт Боднер в своей недавней работе сравнивает сообщения этой главы со скандалом из мира звезд, в котором вскрываются не самые лучшие эпизоды из жизни известной личности. Повествование о Хададе III по признанию историков имеет в основе исторические события, которые сохранились в памяти, тем более, что большая часть этого рассказа изложена в виде воспоминания о событиях в прошлом. Подобная форма историографии позволяет нам сегодня без зазрения совести говорить и анализировать воспоминания, которые описаны как воспоминания.
Исследование этого повествования окружено целым рядом проблем, типичным для исторических текстов книги Царей. На сегодняшний день нет никаких исторических свидетельств об упомянутой ниже военной операции войск Давида под руководством Иоава на территории Эдома. Также ничего не известно о противостоянии Хадада III и Соломона. Историк не сообщает нам имени отца или каких-либо исторических деталей об этом герое, что видимо свидетельствует об отсутствии других свидетельств, кроме «воспоминаний». Но в истории которую излагает девтерономист исследователи не сомневаются, что свидетельствует.
Но вернемся к истории Хадада III, так как это нам рассказывает Масотетский текст:
И наслал Господь на Соломона врага: Хадада-эдомитянина. Хадад был из рода эдомских царей. Когда Давид воевал в Эдоме, Иоав, военачальник Давида, отправился похоронить павших там воинов; все мужское население Эдома было вырезано. Шесть месяцев провело там израильское войско под командованием Иоава, пока не истребило всех мужчин в Эдоме. Но Хадад и некоторые из эдомитян, вельмож его отца, бежали в Египет. Хадад тогда был еще мальчиком. Покинув Мидьян, они достигли Парана, где к ним присоединились люди из Парана. Они пришли в Египет, к фараону, царю египетскому, и фараон обеспечил Хадада и кровом, и пищей, и даже наделил его землей. Фараон хорошо относился к Хададу и выдал за него сестру своей жены, царицы Тахпенёс, и та родила ему сына Генувата. Когда Генуват подрос, Тахпенёс взяла его во дворец фараона, он воспитывался во дворце фараона, вместе с египетскими царевичами. Но вот однажды Хадад, живя в Египте, узнал, что Давид почил с предками и что военачальник Иоав тоже умер. «Дозволь мне отправиться на родину», — сказал Хадад фараону. «Ты хочешь вернуться на родину? — спросил фараон. — Тебе чего-то недостает при моем дворе?» — «Нет, — отвечал Хадад. — Но разреши мне вернуться…». (1 книга Царей 11:14-22)
Идумеи были соседним, близким по крови народом, отчего любые обиды воспринимались особенно остро. Родство и соперничество с Эдомом было красиво отражено в повествованиях о двух братьях Исаве и Иакове.
Во времена монархии, идумеи близко общались с иудеями, например, в роли главного пастуха царя Саула назван Доик из Идумеи. Тесные связи этих народов сохранились и во времена после-пленного возрождения Иудеи.
История из 11 главы первой книги Царств повествуют о неизвестных событиях времен правления Давида, по крайней мере, нигде больше об этом избиении всех младенцев не упомянуто. Некоторые исследователи полагают, что контекстом для описанных событий могут служить сообщение из 2 книги Самуила 8:13-14.
Из этого сообщения, мы можем сделать вывод, что не все события связанные с Давидом сохранены в огромном архиве, расположившемся в центре Девтерономической истории. История о жестокой военной акции, на которую ушло шесть месяцев внимания военачальника Давида Иоава, заставляют задуматься читателей о событиях военной агрессии, методах и масштабах древних войн.
Но больший интерес для внимания представляет сообщение о Хададе, выжившем в жестокой бойне и его бегстве в Египет, которые удивительным образом напоминают историю Моисея, освободителя.
Интересно, что к мальчику царских кровей проявляет интерес фараон, дает ему возможность выжить, прокормиться и объединяется с будущим наследником кровными узами, выдавая за Хадада сестру своей жены. Сын Хадада играет (возможная метафора обучения) с сыновьями фараона.
Историк словно обращается к Хададу лицом и представляет нам не противника (satan), а героя, одновременно с этим сумрачная тень надвигается на память о Давиде и Соломоне. Девтерономический историк рассказывает о том, как Яхве поднял против «иудейских царей» противников. Поначалу читатели / слушатели воспринимают царство Соломона как мощную империю, то в свете последних сообщений она приобретает очертания карточного домика, готового рассыпаться в любой момент.
Повторяемость историй Хадада и Иеровоама играет в минус историчности этих сообщений, но подчеркивает важность данных повествований для культурной памяти, играющей в данном случае контрпрезентную роль.
Упоминание о браке Хадада и женитьбе Иеровоама на египетских царевнах показывает шаткость империи Соломона на международной арене. Хотя брак Иеровоама с египтянкой не более чем попытка поднять престиж очередного правителя, выскочки без роду, без племени.