Знаете, вот мне всегда было как-то обидно за Казанову - человек, наделённый самыми разнообразными талантами, одарённый сверх меры, вспоминается потомками только в связи со своими любовными похождениями. Какая ирония!
Не забывайте про подписку и лайк!
18-й век для французской, австрийской и итальянской аристократии стал веком фривольности, пьянящих развлечений и молниеносных связей. Итальянец Джакомо Казанова в этом плане просто не отставал от других - может, был чуточку успешнее, благодаря вовсе не внешности, происхождению или богатству. По собственному выражению Казановы, он любил каждую из своих женщин - и относился к ним соответствующе. Да, чувства быстро проходили, когда встречалась новая "пташка", но это не отменяет их искренности.
Джакомо умудрился прослыть одним из самых неутомимых кавалеров и даже поучаствовать в модных тогда "ночных марафонах", параллельно ведя заметки для автобиографии, осуществляя шпионскую деятельность, проводя алхимические опыты, создавая поэтические произведения и углубленно изучая математику. Как его на всё хватало - просто в голове не укладывается. Он был современником ещё более одарённого загадочного графа Сен-Жермена, который убедил всю европейскую знать в своём бессмертии. К слову, Сен-Жермену Казанова страшно завидовал, хотя любовные амуры первого не интересовали от слова совсем. Он даже проехался по нему в своей знаменитой автобиографии, объявив шарлатаном и мошенником, но даже там заметно, что зависть к Сен-Жермену смешивается с немалым уважением, в то время как над графом Калиостро итальянец просто смеялся.
Что же, Казанова мог утешиться тем, что в любви у него соперников нет. Ему случалось делать то, что современный человек назвал бы бесстыдным и аморальным - участие в оргиях, секс в общественных местах, свингерство. Он мог влюбиться в одну сестру, потешиться с ней, а потом, увлёкшись второй, просто "передать" бывшую пассию какому-нибудь из своих приятелей (с согласия девушки, не подумайте плохого).
Финал жизни незауряднейшего кавальеро довольно печален - он постарел и устарел, в обществе над ним смеялись, юные дамы оказывали внимание, только если были привлечены его средствами, последняя из пассий, в которую он был столь страстно влюблён, как и всегда, не скрывая тянула из него деньги, пренебрегая всем прочим. В довесок ко всему, к возрасту и душевным страданиям прибавился сифилис, который и свёл итальянца в могилу. Вот так и окончился земной путь человека, который стал именем нарицательным для любвеобильных ходоков, хотя заслуживал называть совсем иных людей - талантливых, одарённых и непостижимых.