Советским военнослужащим и членам их семей Группы Советских войск в Германии очень не рекомендовалось (читай - запрещалось) фотографироваться в городе, фотографироваться с немцами, не говоря уже о том, чтобы сфотографироваться в воинской части. Редкие фотографии делались либо возле ГДО, либо возле ДОСов, либо возле школы или на природе. Но большей частью на своих родных кухнях, где так хорошо сиделось, и душевно лились песни.
Кроме этого, собственно сходить в город одному или одной тоже не приветствовалось. На КПП военного городка дежурил солдат, в обязанности которого входило записать фамилию покинувшего воинский городок, а список выходивших передать в Особый отдел части. Потому наши женщины, как правило, старались ходить в город группками, преследуя две цели: застраховать и обезопасить себя перед особистом, с одной стороны; и с другой − иметь помощника-переводчика, ведь двое суммарно знают немецкий язык лучше, чем один из них. Это уже позднее в горбачевские времена семьи военнослужащих СА могли уже самостоятельно поехать, например, на экскурсию в Берлин. Но, в те горячие времена пика холодной войны советским военнослужащим было намного сложней.
Еще в те времена, на немке можно было жениться, но решалось все это на уровне правительств СССР и ГДР. При этом немка принимала гражданство мужа, и молодая семья отправлялась жить в Советский Союз. А чаще всего такие горячие женихи в основной своей массе уезжали досрочно куда - нибудь в Дальневосточный или Забайкальский Военный Округ. И до поезда их провожал представитель Особого отдел.
Проблем с немками было больше в языковом барьере. И еще больше проблем было в Особом отделе. Просто немки были более раскрепощены. В ГДР свободно проводились эротические выставки, показывали эротические фильмы, были нудистские пляжи, а на простых пляжах просто загорали без верха. И как мы все помним, в СССР секса не было, вот только женщины рожали детей.
Однажды зимой выпал снег и мы прямо напротив КПП с одним солдатом из Казахстана пытались пообщаться с тремя девушками - немками лет восемнадцати. Они плохо знали русский, мы аналогично немецкий. Стали знакомиться - палкой на снегу по очереди писать имена, фамилии. Они пишут свои, мы свои. Имя СЕРГЕЙ немочки с трудом, но прочли. А когда я только начал писать фамилию Бо..., как одна из них закричала: "Я знаю, знаю - БОЛЬШЕВИК !"
В Котбусе была пекарня, мы туда ездили разгружать за Шпрее брикет много раз. В одной половине пекарни солдаты пекли очень вкусный хлеб, а в другой красивые немки пекли пирожное. И нам, молодым парням, жуть как хотелось и этого пирожного, и этих немок!
С одним солдатом из Азербайджана приключилась забавная история. Боец нёс караул на посту за парком, где была теплица. Пришла смена, а часового нет! Подняли по тревоге караул, пропал часовой с оружием. В итоге нашли его за теплицей. К нему забрела пьяная немка, он расстелил шинель, и она так скрасила ему «тягости и лишения воинской службы», что часовой даже тревоги не услышал.
По этому экстраординарному случаю был построен весь полк. КП долго всем вправлял всем мозги и в заключении произнёс такую речь, которая у нас навсегда осталась в памяти:
- Конечно вы же все в Германии служите! Как же немку не попробовать? Это ж как потом домой на дембель придёте, а дома спросят - были в Германии и немку не имели? Стыд, позор! Зато вот этот часовой теперь домой с чистой совестью в дисбат поедет. И у него прямо на лбу будет светиться: "Ёб...рь – Международник!"
Конечно, обошлись без дисбата. Отсидел этот «ёб…рь – международник» свои семь суток по два раза и остался служить в полку…
Если Вам интересны мои публикации, поставьте палец вверх и подпишитесь на канал — тогда они будут чаще появляться в Вашей ленте новостей. Спасибо за внимание!