На выходе из наземного вестибюля станции метро «Китай-город» (когда-то «Площадь Ногина») стоять комфортно и не тесно. И дождь не капает, что немаловажно. К тому же сквозь окошки видна улица Маросейка. Да и грех так скоро покидать историческое место: именно здесь когда-то была та самая Церковь Покрова Богородицы, а потом (и ныне) «дом с угловой ротондой» под № 2, построенный более 200 лет назад для графини Разумовской. Но графиню подарок не обрадовал: таким образом муж предложил ей расстаться и поселиться отдельно.
Далее здесь останавливался наполеоновский маршал Эдуард Мортье, которого даже враги называли «безупречным джентльменом». Еще современники отмечали его жизнерадостность, проявлявшуюся иногда весьма неожиданно. «Так, в 1812 году, во время штурма Смоленска, Мортье чуть было не был убит, когда ядро ударило прямо в его штаб. Провалилась крыша, но высокорослый маршал лишь разразился хохотом и прокричал солдатам... что подлецы (русские), дескать, опять в него не попали!..». Мортье также являлся героем известной истории. Именно он, имевший 1 м 95 см росту, неосторожно предложил Наполеону: «Сир, позвольте помочь, ведь я выше вас». На что незамедлительно получил ответ: «Вы не выше, вы длиннее!».
Затем здание превратилось в «доходный дом Еремеевых» с гостиницей, после революции тут было общежитие Цетросоюза, в 1971-м открылось кафе «Маросейка», а в 1975 году – построен тот самый выход из станции метро «Китай-город», который мы никак не покинем. А зачем? В его окошко хорошо виден дом № 3/13, стоящий на пересечении с Лубянским проездом с конца 1920-х годов, – «Дом трестов». В конструктивистском здании, сооруженном по проекту архитектора Цветаева, в 1935 году разместился центральный комитет ВЛКСМ. Его наследником стал Российский союз молодежи.
Если перевести взгляд правее, за плечо той парочки, что так самозабвенно прячется от дождя, то увидишь красные стены церкви Николая Чудотворца – самого старого на улице здания (1657 год). Храм давно утратил свое официальное название и назывался по-свойски, то «Никола в Блинниках»,то «Никола в Кленниках». Тут, конечно, широкое поле для дискуссий. Исследователи утверждали, что верное название «в блинниках», потому что блинами здесь как раз торговали, а кленов отродясь не было. Тем не менее к концу 19-го века в записях стали встречаться таинственные «клинники», которые после 1881 года окончательно превратились в «кленники».
Фото Елены Головань