В первые же полгода сверхсрочной службы прапорщик Кантемиров был вынужден познакомиться со следователями военной прокуратуры. Начальнику войскового стрельбища Помсен и и его солдатам пришлось давать свидетельские показания старшему лейтенанту военной юстиции после убийства на артиллерийском ВАПе (винтовочно – артиллерийский полигон) войскового стрельбища Помсен молодым солдатом Юрьевым бывшего старшего оператора полигонной команды по имени Виталий.
Молодому прапорщику понравилось, как этот уверенный в себе и грамотный старлей быстро разобрался в перипетиях уголовного дела. Следователь целый день провёл на полигоне, изучал место преступления, допрашивал всех солдат полигонной команды и долго разговаривал без протокола с начальником стрельбища об убитом и убийце. Ему были важны не только доказательства и факты, но и взаимоотношения между этими солдатами разного периода службы. Офицер обедал и ужинал вместе с прапорщиком, и не сказать, что они расстались друзьями, но и не врагами. Так, во всяком случае, казалось Кантемирову. Уже перед отъездом следователь поделился с прапорщиком одной историей. Приводим слова офицера (Serbin) почти без изменений:
«На прокурорско-следственном участке в Перлеберге, где я служил следователем, сменился помощник прокурора. Прибывшего из Союза майора юстиции я знакомил с поднадзорными нам воинскими частями. С этой целью мы побывали в городе Ратенов в артиллерийском, понтонно-мостовом полках, сапёрном батальоне, в других частях и, выполнив намеченную программу, уже вечером выехали из Ратенова обратно в Перлеберг.
Ехали в темноте, под моросящим дождём и старший офицер, ранее получивший в ДТП серьёзные увечья, требовал от водителя в движении проявлять максимальную осторожность. В таких условиях нам предстояло преодолеть 130 километров, поэтому мы рассчитывали примерно на три часа монотонной, однообразной езды. В беседе между собой мы пришли к единому мнению, что неплохо было бы поездку нашу разнообразить, сделать остановку и перекусить.
Я вспомнил, что примерно в двадцати километрах от Ратенова в небольшом немецком посёлке, через который пролегал наш путь, имеется гасштет, в котором можно поесть и выпить. Тут нужно сказать, что майор в Германии находился всего два – три дня, да и то в наших воинских частях, по характеру он был общительным, и его заинтересовала возможность увидеть граждан ГДР в их обычной жизни на отдыхе. Интереса добавил и мой рассказ о том, что барменом в этом гасштете работает женщина, хотя и в годах, но очень привлекательная, подвижная, отдающая предпочтение мини, ну очень мини юбкам, активно пользующаяся косметикой, в том числе румянами!
Мы зашли в гаштет, заняли место за свободным столиком и сделали заказ. Осматриваясь, мы обнаружили, что один из столиков занимает компания офицеров Национальной Немецкой Армии (ННА). Они оживлённо беседовали, на столе у них были спиртные напитки. Нам принесли заказ, в том числе небольшие порции водки, называемые немцами «дупель». Советскому майору всё вокруг было интересно, он осматривал обстановку, посетителей.
В один из моментов взгляды наши и офицеров ННА встретились, и мы поднятием рук поприветствовали друг друга. Дальше, показывая своё расположение, мы через бармена передали друг другу «дупели», а затем по инициативе офицеров ННА мы составили наши столы вместе, соединившись в одну компанию. Недостаток в знании языков компенсировался водкой, нам было легко и весело. Вскоре офицеры ННА отправили одного из своих товарищей с каким - то поручением. Офицеры ННА сумели объяснить нам, что неподалеку отсюда находится учебный центр ННА, и они участвуют в проходящих там учениях, живут в палатках. Они пригласили нас прямо сейчас к ним в гости в палаточный городок.
Мне приходилось бывать в палатках наших военнослужащих во время учений, обстановку в них я представлял: земляной пол, в центре печка – буржуйка, отапливаемая дровами, по краям койки, иногда стол. Из – за копоти лица и руки военнослужащих вечно чумазые. Поэтому я предполагал, что мы там в этом палаточном городке увидим, но всё же, ведомые принципами интернационализма и дружбы, мы приглашение приняли и поехали. Дорогу нам показывал севший к нам в машину офицер ННА. Как он ориентировался – я не знаю, так как вокруг была сплошная темнота, перечёркивающаяся в лучах фар машины косыми струями дождя.
Наконец машина остановилась, и нам предложили выйти. Открыв дверь, я стал выходить, ожидая, что ноги сейчас погрузятся в чавкающую грязь, но нога почувствовала твёрдое покрытие. Оказалось, что мы ступили на дорожку, выложенную поперечными жердочками. Сопровождающий повёл нас по этой дорожке за собой, и вскоре перед нами возникла тёмная громада палатки. Закрывающую полу входа откинули, мы вступили в палатку и были ослеплены ярким электрическим светом, заливающим всё внутри, и в том числе установленный посредине большой стол, покрытый белой скатертью, сервированный на уровне ресторана! Увиденное настолько ошеломило, что даже по происшествию стольких лет, я вспоминаю это с удивлением и восторгом.
Как рассказали нам офицеры ННА, желая сделать нам приятный сюрприз, они из гасштета отправили своего товарища в палаточный городок с задачей подготовить всё к нашему приезду. Задача была выполнена с честью. Меня тогда поразил разный подход в создании условий жизни во время учений военнослужащим нашей армии и армии ННА…»
Если Вам интересны мои публикации, поставьте палец вверх и подпишитесь на канал — тогда они будут чаще появляться в Вашей ленте новостей. Спасибо за внимание!