Двадцать третьего февраля Атомоход вернулся с морей, где Экипаж в обновленном составе совершил первое погружение. Как только встали у стенки пирса, внутри прочного корпуса завоняло краской - заканчивали освежать слоновкой то, что не успели отмыть мылом перед выходом в море. Из-за того, что Экипаж на две трети состоял из малолетних дебилов, все были невероятно вымотаны - пополнение не знало матчасти и Атомоход не утонул только благодаря трем десяткам старослужащих, включавших Старпома, Командира БЧ-5 и матроса Бодрякова, отвечавшего за кочегарку в реакторном отсеке. Одно радовало - торжественное построение и не менее торжественный проход с песней по плацу перед штабом 4-ой Флотилии АПЛ КТОФ в День советской армии и военно-морского флота обошелся без нашего участия.
Несколько дней у пирса перед возвращением в море, проведенные в постоянной борьбе с матчастью, не позволили семейным устроить даже одну жаркую ночь своим боевым подругам в Тихасе. Правда громкого ропота среди кадетов и мичманов по поводу казарменного положения не было. Как-никак умные понимали, что нельзя оставлять Атомоход на береговую вахту, состоящую из необученных подводников. А откровенных дебилов в Экипаже не наблюдалось.
И вот, за сутки до нового выхода из Базы Замполит, обладавший планом ближайших учений, сообразил, что Атомоход скорее всего вернется к своему пирсу суток за трое до 8-го марта. Это было, во-первых. А во-вторых, мы простоим в Базе после возвращения как минимум неделю. И уж тут наверняка семейные, кто днем раньше, кто днем позже, отправятся домой в Тихас или Дунай. Причем отправятся, мягко выражаясь, за[sensored]нные по полной программе независимо от срока службы и звания. Понятное дело, бабы будут рады, что мужики вернулись живы-здоровы, но этого явно недостаточно для 8-го марта. Особенно с учетом того, что от подводников будет вонять не только немытым телом, но и шилом, дозу которого они примут на грудь в лучшем случае в казарме перед посадкой в "коломбину", а в худшем - еще в прочном корпусе где-нибудь в генераторной акустиков. Как результат, часть семейных кадетов и мичманов вместо отдыха перед новыми морями получит небольшое изнасилование мозга своими прекрасными половинками. Что обязательно плохо скажется на морально-политическим состоянием Экипажа, за которое как раз и отвечал Замполит.
Пораскинув мозгами, Замполит нашел решение того, как минимизировать вредные последствия встречи 8-го марта. Не, каким-либо чудесным способом вынудить подводников не жрать шило было нельзя. Это Замполит как правоверный боец идеологического фронта в звании капитана третьего ранга понимал отлично. Не мальчик уже. И даже не первый раз замужем.
Решение же заключалось в том, что каждый семейный подводник по возвращении домой помимо полученного от интенданта малого джентельменского набора в виде бутылки вина и консервы "лосось в собственном соку" должен подарить своей супруге букет.
То есть, пришли мы из морей, заглушили реактор и свободные от вахты и дежурства подводнички летят в "коломбинах" к своим благоверным с букетом в зубах.
Отличное, будем честны, хоть и не оригинальное решение.
Цветы, вино и постель.
Одно «но». Ни в поселках Тихоокеанский с Дунаем, ни тем более на закрытой Базе атомных подводных лодок цветов в восемь вечера 8-го марта не будет в продаже.
На дворе-то зима 88-го года и до лета, когда зацветут пионы на сопках, еще очень далеко.
Однако букеты, кровь из носа, нужны. И букеты с живыми цветами, а не из кладбищенских искусственных.
Где же их взять?
За сутки до выхода в море!
Да вон же! На все тех же сопках, которые окружают бухту Павловского с пирсами для атомоходов.
Надо всего лишь пойти, наломать веток багульника и поставить их в ведра с водой в казарме. Как раз к восьмому марта цветы на прутиках откроются!
А кому можно поручить это ответственное задание - поход за подснежниками в конце Приморской зимы?
Маслопупов Замполит трогать не стал, у них и так полно работы. Торпедисты только что закрыли торпедопогрузочный люк и облизывали своих рыбок на верхней палубе первого отсека. Были, конечно, мутные радисты, но пойди их еще найди на средней палубе второго… Зато за акустиками далеко ходить не надо из Центрального поста – сразу возле трапа их пост. Можно выхватить первого попавшегося оттуда и заслать в сопки.
PS. И вот, я уже спускаюсь по крутому склону к пирсам с огромной охапкой лысых веток багульника, а еще тащиться с ними через всю Флотилию атомоходов в свою казарму. Причем ни одна баба в Тихасе не узнает, кто рисковал жизнью, чтобы ее ублажить цветами на 8-е марта…
Dixi.