Боец-санитар Мария Орлова.
Жительница Россоши Мария Орлова получила неожиданный гостинец из Украины. Это был краеведческий журнал «Спадщина» («Наследие»). Издавали его на родине великого поэта Тараса Шевченко – в районном городке Звенигородка Черкасской области.
Перелистала Мария Артёмовна страницы и – оказалась мыслями в своей юности. А носила она тогда ещё девичью фамилию Цыбина, воевала в составе 62-й гвардейской стрелковой дивизии. Её воины в январе 1944 года за Днепром окружили и громили Корсунь-Шевченковскую группировку врага. Ту битву историки после назовут «Сталинградом на Днепре». А дивизии будет присвоено почётное наименование Звенигородской, её наградят орденом Богдана Хмельницкого II степени.
– Сейчас нередко приходится слышать, что Победу добыли мы – числом, а не умением воевать, – говорит Орлова. – Это не так. Война для всех страшна потерями. Статьи, карты-схемы в украинском журнале мне напомнили о боях за освобождение Украины. Тогда после небывалой огневой подготовки шли в наступление не по снегу, а по вражеским трупам…
Добрый знакомый, земляк Марии Артёмовны, русский поэт Михаил Фёдорович Тимошечкин тоже освобождал Украину. За Днепром был ранен. На встречах фронтовиков вместе с Орловой часто вспоминали дни обагрённой кровью молодости. В этих беседах родилось стихотворение-песня.
Мыла Маруся белые ноги,
Шла она долго по пыльной дороге,
Шла она долго, устала немножко
В старых солдатских кирзовых сапожках.
Шла она долго, приутомилась.
Дайте вздохнуть ей, сделайте милость...
В штабе комбата ей сказано было:
Танки фашистов заходят к нам с тыла.
Ей надо выйти из окружения,
За Ингульцом быть к началу сражения.
Место найти на период короткий
Пункту первичной медсанобработки...
Шла она долго, приутомилась,
Остановилась, к речке спустилась.
Села в тенёчке, уединилась,
К сумке походной спиной притулилась.
Сумка с крестом, всё в ней для человека, -
В ней и больница, и тут же аптека –
Всё в ней для боя, не для парада,
Только Марусенька реченьке рада.
К речке спустилась перед закатом,
Не подходите, хлопцы-солдаты.
Не подходите, сделайте милость –
Маша-сестричка уединилась.
На белой камени в тенёчке сидела,
Тихо вполголоса песенку пела,
Ноженьки мыла на белой камени.
Пела она о любви и измене.
Сброшены наземь cyxие портянки,
Где они, близко ль, фашистские танки?
Мыла Маруся белые ноги,
Шла она долго по пыльной дороге.
Дайте вздохнуть ей полною грудью,
Дайте не слышать гула орудий,
Дайте не видеть чёрных разрывов,
Дайте побыть под приречным обрывом,
Дайте к воде Ингульца прикоснуться,
Дайте в водичку лицом окунуться.
Мыла Маруся белые ноги.
Танки немецкие шли по дороге.
Гулко забилось сердечко у Маши,
Приподнялась - думала наши.
Стукнули выстрелы - сердце забилось.
Не подходите, ждёт вас немилость.
Била Маруся из автомата
По кровяневшему в поле закату.
Била Маруся по танкам крестатым,
Падали наземь чужие солдаты.
…Школьница Маша, можно сказать, в одночасье стала бойцом.
– Родилась и училась я в Гнилуше, сейчас это воронежское село Лозовое Верхнемамонского района. Летом сорок второго, вскоре после выпускного вечера, нас, девчат, созвали в сельсовет. Беседовали с нами офицеры. «Родину надо защищать». «Готовы», – без раздумий согласились все девять человек совершенно искренне. Саша Голикова, Маша Скибина, Маша Дедова, Лена Абалмасова, Поля Гуркина и я попали в санитарную роту. Курс молодого бойца проходили прямо в своей части – на хуторе Дубовое Павловского района, почти на передовой линии фронта. В декабре из села Гороховка началось наше наступление по донскому льду у хутора Самодуровка, теперь он Донской.
Мы спасали раненых прямо на поле боя – перевязывали, отправляли в тыл.
Не приведи, Господи, кому-то ещё это пережить. Рядом рвутся снаряды. Шрапнель летит со свистом. Человеку начисто срезало голову. Головы нет, а он бежит в атаку!
Первой погибла в санитарной роте Паша Алёхина. Самая красивая из нас – высокая, стройная, волнистые волосы. Как сейчас вижу её.
Теперь вот читаю: с июля 1942 года по май 1945 наша 127-я, позже преобразованная в гвардейскую 62-ю, дивизия проделала героический путь от Дона до австрийской столицы Вена. Даже подсчитали: с боями мы прошли 1460 километров, маршем 1860, а всего 6870 километров.
Марию Артёмовну вывело из боевого строя третье, самое тяжёлое ранение – в ногу.
– Случилось это уже на австрийской границе. Цвели абрикосы, впервые видела. Командир полка, оказавшийся рядом, пытался поддержать шуткой:
– Маша, кто тебе поверит, что тебя ранило, ведь сегодня первое апреля.
День Победы санинструктор Цыбина-Орлова встречала в военном госпитале в Баку.
– Под окнами парк. Мы на костылях туда на танцы бегали…