Вчера, в 23.20 вечера сын сообщил, что завтра они поздравляют учителей с днем школы и ему нужен костюм и белая рубашка. Я как раз домывала последнюю посуду и уже одним ухом лежала на подушке. День был тяжелый. Заболела мама мужа. Я попросила сына заехать к ней и завести продукты. Он ответил, что у него много уроков. Мне пришлось ехать самой. Вечером, когда я пришла домой, увидела сына за компьютером. Спросила, почему же ты не делаешь уроки. Он ответил, что уже все сделал. Просто думал, что много, а оказалось мало.
Рубашка была не постирана. Я закинула ее в стиралку, подправила стрелки на брюках и легла спать, поставив будильник на 6 утра. С утра погладила рубашку и ушла на работу.
В середине дня принесли папку документов другого бухгалтера. Чтобы я ее обработала. Я спросила, почему я должна ее обрабатывать. Я итак оставалась 5 раз в этом месяце после окончания рабочего дня. Начальница ответила, Лариса, никто кроме тебя не может сделать. У Ивановой маленький ребенок дома, она не может задерживаться. А Петрова идет на курсы кройки и шитья. Она с самого начала поставила условия, что она не будет задерживаться на работе.
Почему я не могу поставить такое условие. В этот вечер я задержалась на час. Позвонила свекрови. Услышала ее оханья и аханья и то, что мы о ней плохо заботимся. Я уточнила, чем ей помочь, есть ли у нее продукты. Она ответила, что есть, только ей скучно и нужно подмести дом. А уборщица, которую мы ей оплачиваем, придет только послезавтра. Ей не хочется два дня сидеть дома.
К свекрови я не пошла, потому что должна идти к дочери. У нее маленький ребенок, а муж в командировке. Я купила продукты и пошла на остановку. Поскользнулась. Ушибла коленку. Больно. Позвонила дочери, спросила, можно ли привезти ей продукты завтра. Она дала телефон орущему ребенку. Обратный путь пришлось проделать пешком, 7 остановок. Маршрутки уже не ходили.
Сколько себя помню, я всегда была такой безотказной. Если нужно что-то сделать, то всегда была Лариса. Как мне это уже надоело. Я же сама вижу, что это неправильно. Аня, моя школьная подруга тоже раньше была такая же. Мы с ней вместе делали все дела за весь класс. На ее шее также ездила ее мама, потом ее муж, потом дети. Изредка нам удавалось встречаться вместе и плакаться нашу горькую судьбинку.
А два года назад Анька поехала в Турцию. Одна. На целых три недели. Приехала, обнаружила, что Апокалипсис дома не случился и теперь она вообще мало что делает. Ходит себе на концерты, ездит на экскурсии. Меня зовет, да только я же вся в делах.
Я позвонила Аньке. И впервые за все время нашего общения сказала матом, как меня все достало. Аня ответила матом, куда их послать (хотя после паузы, ошалела немного от моего напора). Я начала объяснять, что не могу, пропадут эти разгильдяи без меня. А Аня сказала, что не пропадут. Вместо того, чтобы завтра что-либо делать, зайти, почитай – послушай курс о том, как перестать всем угождать. И прислала на него ссылку по ватсапу. Я слушала до часу ночи. Кажется, завтра я проснусь другим человеком.
