Казалось бы, Москва такая огромная. Но для каждого Москва своя, особенная, местами локальная и местечковая. Для меня это стало очевидным, когда я открыл незанудную книгу «Москва: место встречи» (сборник воспоминаний русских писталей, которые делятся своими воспоминаниями о своей столице), где на одной из иллюстраций Алены Дергилевой, написавшей для сборника не только рассказ о Солянке, запечатлена улица Коцюбинского. Наша! Коцюбинского! На 10 домов. Ничем не примечательная, кроме того, что мы там жили несколько лет.
И чтобы узнать, кто такой Коцюбинский нужен гугл. Оказывается, был такой украинский поэт, оказывается. Да, и рядом с улицей на западе Москвы целый украинский анклав – «Ивана Франко», «Леси Украинки». На акварели Дергилевой изображен легендарный магазин советского типа, в котором надо просить продавцов что-то передать с витрины или уточнить срок годности. А они на тебя смотрят, как на вошь. С открытием в округе магнита, пятерочки и ашана, магазин с таким уровнем сервиса захирел и закрылся.
Увидеть ставшую родной улицу из более чем трех тысяч московских было очень приятно, хоть мы там уже и не живем.
И люблю и не люблю читать мемуары. С одной стороны, мне нравится погружаться в историю такой, какой ее запомнил очевидец. С другой же, если эта история уныло написана, то какой бы ценный ни был материал – дочитывать скука смертная. Книг о Москве написано множество.
Этот сборник лишь один из них, но от всех он отличается своей структурой. 32 автора – это все же много. Навскидку могу сейчас перечислить только самых известных: Быков, Глуховский, Шаргунов, Макаревич, Улицкая.
Большинство историй написаны увлекательно, но в голове они переплелись, и я уже не могу отделить одну от другой. Сложилось ощущение, что их написал один большой коллективный автор.
Эти истории обогащают мир москвича, не обладающего большим бэкграундом жизни в городе. Стыдно признаться, но я только из книги узнал, что Кудринская площадь раньше называлась площадью восстания.
И таких открытий я сделал немало.«Москва: место встречи» - не путеводитель и не сборник по архитектуре и памятным местам. Это живые истории, которые объединены ностальгическим духом по ушедшему времени, по тому городу, которого больше нет.
Практически каждый автор вспоминает, как раньше было хорошо, и как необычно сейчас. Некоторые воспоминания унылые. Вот бублик за столько то, а трава была зеленее. Сложно ожидать, что все будут интересно вспоминать.
Многие – да, но не все.В сборнике очень хорошо описан район недалеко от Белорусского вокзала и Тверской. Мне было очень увлекательно их читать, так как в этом месте я чаще всего бываю в Москве. В районе Белорусской, Аэропорта и Динамо я работаю. Меняются только станции. То вверх, то вниз по зеленой.
Еще наблюдается некий диссонанс в историях. Одни очень сильные, как та, что про Инвалидный рынок на метро Аэропорт и про то, как при Хрущеве в Москве с улиц убрали всех инвалидов, отправив их на Валаам доживать, а некоторые о мороженом за несколько советских копеек.
Наиболее сильные и запоминающиеся истории связаны с потерями, пережитыми семьями авторов в Москве – репрессиями, военным временем. Врезалось в память, как мальчик боялся ходить по Остоженке, так как из каждого двора выглядывала своя банда беспризорников.
Книга пробуждает желание интересоваться городом, в котором живешь, находить личные потаенные места, размышлять о том, что связывает тебя с ним, какие воспоминания и эмоции он пробуждает.Но мне не хватило новых авторов и современных историй. Не верю, что молодежь сейчас не пишет.
Пусть это было бы не так мастерски, как у мэтров, но придало бы книге большую актуальность. Практически все авторы увлекательно перекапывают прошлое своей семьи, и лишь единицы смотрят в будущее.