Придя в себя, Даринка ощутила, что лежит в постели, свободная от пут. Голова раскалывалась от нестерпимой боли, все тело ломило как после тяжелой многочасовой работы. Горло пересохло, как лужа в летний зной. Открыв глаза, она тут же вынуждена была их закрыть и застонать от нестерпимой рези: совершенно обыденный свет горницы невыносимо хлестал по очам. Полежав, зажмурившись, Даринка всё-таки попробовала снова приоткрыть глаза, только в этот раз попыталась осмотреться, прикрываясь рукой от солнечных лучей.
Горница оказалась небольшой, но светлой и уютной. Сквозь единственное окно через занавески нещадно светило солнце. Из мебели, кроме кровати возле печи, на которой возлежала девушка, были только стол, два табурета и небольшой шкаф у противоположной стены. Дверь была напротив окна, и в этот самый момент её отворили. В дверной проем достаточно юрко прошмыгнула низенькая, хрупкая старушка с подносом на руках, полным снеди. Увидев ее, Даринка попробовала подняться на постели, но руки и тело плохо слушались, и смогла только приподнять голову.
— Ой, милочка, не тревожься, — заметив, что девушка не спит, заворковала старушка мягким бархатистым голосом, — тебе лежать ещё надо, поправляться.
— Где я, матушка? — а у девушки голос сипел из-за пересохшего горла.
— В доме моём, где ж ещё. На, вот, молочка выпей, как раз горло смягчит, — и протянула ей крынку, — парное, только из-под коровы. А меня можешь звать бабой Нюрой.
— Спасибо, матушка, — и Даринка жадно припала к сосуду с самым вкусным молоком на белом свете.
— А ты отдыхай, внученька. Тебе сил набраться нужно. Кушать будешь? — Всё тем же бархатным, убаюкивающим голосом ворковала старая хозяйка. Даринка, все ещё чувствуя слабость, лишь неловко покачала головой.
— Ничего, я попозже принесу. А сейчас лучше поспи. А я тебе сказочку тогда расскажу.
Девушка безвольно опустила голову на подушку.
— Много лет назад, в одной обычной семье разгорелся спор между дочерью и отцом, причина спора была в том, что её выдавали замуж не по любви, — начала свой сказ старуха. — Ну, и как во всех сказках, девушка уже любила другого, кого её отец считал недостойным. В порыве гнева отец крикнул дочери: «Либо выходишь замуж, либо убираешься из моего дома». Любовь девушки была слишком сильна, и мысль о том, чтобы подарить себя, свое тело другому, была ей омерзительна. Не сказав ни слова, она вышла из дома и направилась в сторону леса. Наступила ночь, свет луны пробивался сквозь заснеженные ветви деревьев.
Даринка уже сквозь сон продолжала слышать этот спокойный голос и ловить слова сказа.
— Девчушка, успокоившись и наплакавшись, решила вернуться в деревню, чтобы найти своего любимого. Уж вместе они обязательно что-нибудь придумают. Подойдя к его дому, она услышала голоса, они исходили со стороны конюшни, которая находилась за домом. Подойдя чуть ближе, она увидела своего любимого, он обнимал и целовал другую, говорил ей слова любви и о том, какая их ожидает чудесная свадьба, они весело хохотали и целовались. Она просто не смогла на это смотреть и, развернувшись, побежала обратно в лес. Слёзы катились по щекам, обжигая их, сил уже не оставалось, но девушка не могла остановиться. Она должна убежать как можно дальше от этого. Выбежав на поляну, она упала лицом в сугроб и не смогла больше сдерживаться, подняв лицо к небу, девушка закричала, глядя на луну. Постепенно её крик перешел в вой…волчий вой… Вот так и родилась Одинокая Снежная Волчица. И по сей день она бродит по тому лесу и поёт свою песню для Луны.
Даринка окончательно провалилась в глубокий сон, и как наяву видела события грустной сказки… своими глазами. Это её прогонял отец, это она застала своего молодца с другой, это она бродила по заснеженным лесам, это её ноздри обжигал морозный воздух, и она сама выла в одиночестве на луну…
