Пройдя контрольно-пропускной пункт, мы оказались на плацу перед серым мрачным зданием с колоннами.
- Вольно! Ждать здесь, - скомандовал офицер и быстрым шагом направился ко входу в здание. Через 10-15 минут к нам подошли военные с лычками на погонах, сержанты, и стали по фамилиям отбирать себе людей. Невысокий, с большими голубыми глазами сержант по фамилии Панков выкрикнул мою фамилию, и я присоединился к группе ребят, столпившихся возле него. После окончания переклички Панков выстроил "своих" в привычную колонну по двое и повел на территорию части. Обойдя пару двухэтажных корпусов, колонна уперлась в беленое длинное одноэтажное здание.
- Сейчас вам выдадут мешки, в которые каждый упакует свою "гражданку" и подпишет домашний адрес, затем мыться и на выходе получать обмундирование в соответствии со своими размерами, - объявил сержант, - Пошли, марш избавляться от домашний соплей, - Панков толкнул ближайшего к двери новобранца в плечо.
В небольшой чистой комнате стояли рядами деревянные неокрашенные скамьи. Банщик - маленький ефрейтор с круглым детским лицом выдал каждому по мешку с биркой для адреса.
- Все, что хотите сохранить, кладите сюда, - протяжно произнес он.
Внезапно дверь распахнулась, и в комнату ввалилась странная троица - кепки на затылках, бляхи ремней болтаются ниже пояса.
- Ну что, духи, посмотрим, что привезли, - и они стали вытряхивать одежду из мешков, отбирая себе наиболее ценное.
- Да, урожай невелик, - сказал один с почти беззубым ртом (как я потом узнал, это было последствие радиации, так как он вырос возле Семипалатинского полигона в Казахстане).
- Деньги есть? - крикнул второй, кавказской наружности, обжигая каждого черным взглядом. Мы, ошарашенные, молчали.
- Оставь их, пока ехали из своей Сибири, все уже схавали, - остановил его третий, здоровенный детина с усами, похожий на кота украинец. Они направились к выходу, прихватив, что понравилось.
- Что смотришь, душара! - взвизгнул беззубый и резко ударил в кадык стоявшего у двери долговязого Олега Кузнецова, тот закашлялся и отпрянул к стене.
- Привыкайте, что вы сейчас никто и звать вас никак, - сплюнул на пол кавказец. Зловещая тишина повисла после их ухода.
- Ну что застыли? - вывел нас из оцепенения Панков, - сдавайте мешки с адресами и марш в душевые отмывать маменькино молочко. Из своей каморки выскочил банщик, предусмотрительно спрятавшийся туда во время визита дедов, он победно держал в руке машинку для стрижки волос.
- Любой каприз за ваши деньги, - приторно-сладким голоском промолвил он. Однако его предложение не вызвало ответного отклика: расплачиваться все равно уже было нечем.
После бани мы получили новое обмундирование, нам выдали портянки, большинство из нас видело их впервые. Сержант оглядел наши недоуменные лица.
- Ладно, демонстрирую. Ставим ногу на один край портянки, другим обернули и в сапог, - Панков быстро и ловко закрутил портянку и вставил ногу в сапог. Затем мы начали вертеть сами, сержант неодобрительно покачал головой.
- Смотрите еще раз, - и он подчеркнуто медленно вновь провел манипуляции со своей портянкой. В течение получаса мы упорно тренировались, но все равно многие потом ходили с мозолями от кирзачей из-за того, что упрямые портянки сбивались и никак не хотели держаться на ногах. Следующим испытанием оказалось пришивание подворотничков, шить нужно было ровно и при этом быстро.
Чистые, в новой форме мы пошли строем "коробочкой" по четыре в столовую.
- Песню "По долинам и по взгорьям" знаем? Это песня нашего взвода. Думаю, что все знают, а кто не знает, тот подпевает. С левой ноги начи-най! - Скомандовал Панков. Еще не успев закончить песню, мы подошли к зданию с большими высокими окнами, возле которого маршировали до тех пор, пока нам накрывали столы. В большом зале столовой вдоль столов рядами стояли деревянные скамьи, похожие на те, что мы уже видели в бане.
- Рассаживайтесь по четверо, свои места запоминайте, такой порядок будет всегда, - объявил сержант, указывая рукой на предназначенную нам часть зала. Я сел рядом с Сергеем, мы еще в поезде договорились, что будем держаться вместе. Пища была сытная, но невкусная - суп, каша, компот и хлеб с маслом. Ложки нехотя застучали. Большая часть еды осталась в тарелках. Однако это было в первый и последний раз, в дальнейшем нас так выматывали, что ощущение голода не покидало, и тарелки вылизывались до блеска.
Конечным пунктом на сегодня была казарма. Она встретила нас пустотой, старожилы были в наряде по части. Мы начали заселяться. Распределение кроватей, тумбочек, шкафов, постельного белья, знакомство с казармой, профилактическое избиение вечером в каптерке - на этом закончился этот насыщенный первый день в армии.