1. Жак Луи Давид замечателен тем, что убивал росчерком пера. Заседая в конвенте, подписывал указы. В том числе голосовал за казнь короля.
Жак Луи Давид. «Автопортрет». 1794.
2. Орест Кипренский, многообещающий выпускник Академии художеств, снимал жилье в Риме. У него служила итальянка, которая была уборщицей и прачкой, кухаркой и любовницей. Однажды её нашли мертвой. В тот же день обнаружили труп жившего неподалеку сапожника. Они были близки, с художником ее связал голод. И хотя служители закона не нашли причин сажать Кипренского в тюрьму, соседи подвергли его остракизму. Подростки кидали в него камешки и кричали:
- Убийца! Убийца!
Кипренский. Автопортрет, 1828.
Кипренский скитался, пока не осел в Москве. Много лет он присылал небольшие суммы, которых было достаточно для содержания в монастыре его осиротевшей воспитанницы Мариуччи. Когда она достигла совершеннолетия, приехал и женился на ней. У бесприданницы не было особого выбора.
Молодые жили в Италии, не ладили, жена пилила мужа. Скоро он запил и, сгорев за несколько лет, умер. Она продала России все картины, включая свой детский портрет.
3. Бенвенуто Челлини любил не только вонзить нож в ближнего, но и прихвастнуть победой. Сражался один против пятерых! И не просто так, а с великой ловкостью!
“Я с великой ловкостью подошел к нему с большим пистольским кинжалом, и, когда я ударил наотмашь, думая начисто перерубить ему шею, он точно так же очень быстро обернулся, и удар пришелся в конец левого плеча и расколол всю кость; вскочив, выронив шпагу, вне себя от великой боли, он бросился бежать; я же, следуя за ним, в четыре шага его настиг, и, подняв кинжал над его головой, а он сильно нагнул её, кинжал пришелся как раз между шейной костью и затылком, и в то и другое так глубоко вошел, что кинжал, что я, как ни силился его вытащить, не мог; потому что из сказанного дома Антеи выскочило четверо солдат, держа шпаги в руках, так что я вынужден был взяться за свою шпагу, чтобы защищаться против них”.
(с) «Жизнь Бенвенуто Челлини, им самим рассказанная»
Челлини. Персей.