Из воспоминаний Героя Советского Союза Владимира Парахневича.
Расскажу об одной трудной диверсии. Мы получили задание: любой ценой разрушить железную дорогу Бобруйск-Жлобин, по которой немцы подвозили к Курской дуге технику и живую силу. Пять наших групп уже, как говорится, «сидели» на этой дороге. Но ничего сделать им не удавалось: слишком бдительна охрана. Командование приказывает: выходи немедленно сам. Я взял с собой Илюшу Бондаренко, Женю Зуева и Мишу Парахневича. По пути подробно расспрашивали у жителей, как расставлена охрана, где засады, когда меняются часовые. Местность открытая, безлесная. И все-таки пришлось идти днем. За два часа до захода солнца мы остановились метрах в шестистах от железной дороги. Дальше была картошка… Затем – полоса отчуждения Проползли мы картошку, стали наблюдать. Видим: по одной колее идут поезда к фронту, а по второй развозят усиленную охрану на ночь. Левее нас, около небольшого мостика‚ замечаем засаду. Насчитали в ней двадцать шесть немцев. В основном автоматчики. Да еще два пулемета смотрят в нашу сторону. Ровно через три столба-через 150 метров, значит‚- еще одна за-
сада. Прошел поезд - между засадами патрулируют три автоматчика Что делать? Я решил закладывать мину здесь. Лучшего места не найдешь. Посмотрел на Бондаренко: «Илюша, поползешь со мной?» Он ответил: «Мог бы и не спрашивать». Никто из нас не надеялся, что назад вернемся. Приготовили гранаты «лимонки» для себя, на случай, если обнаружат. Илюша привязал на спину 18 килограммов тола… А я взял минное приспособление. Поползли. Погода стояла настолько тихая, что мы боялись, как бы малейший шорох не выдал нас. Поэтому сговорились ползти только под грохот поезда. Проходит поезд - ползем. Миновал нас – замираем. Вот мы уже на насыпи. Тут как раз поезд. Я сразу начал копать в балластном слое яму под тол. Заложил тол, замаскировал. Жду, когда пройдет поезд. Наконец простучал последний вагон. Я быстренько поставил мину нажимного действия. Не успел кончить, Илюша толкает: автоматчики! Мы скатились вниз. Лежим не дышим. Напряжение такое, что я даже палец с курка снял, чтобы случайно не выстрелить. Иначе все пропало: немцы примерно в четырех метрах от нас. Стоило им глянуть в нашу сторону - все. Но, видимо, они никак не ожидали, что здесь могут быть партизаны, а потому по сторонам не смотрели, просто шли и разговаривали. Отползти мы тоже не могли: заметят. Решили ждать второго поезда. Как только послышался шум, отползли метров на сорок. Поезд почти у самой мины. Вскакиваем и бежим что есть силы. Нас, конечно, сразу увидели, открыли огонь. Но тут как грохнет взрыв! И пошло: скрежет, треск, крики и стоны. В поезде-то, оказывается, на фронт ехало пополнение. Пока враг опомнился, мы успели еще отбежать. Но вот охрана открыла сильный огонь. Мы залегли и сделали ошибку: гитлеровцы развернулись в цепь, идут на нас. Тут к нам присоединились Женя Зуев и Миша Парахневич. Из автомата положили вражескую цепь, перебежками добрались до поля, спрятались во ржи и считаем - спаслись. Но не тут-то было: в трех километрах располагался вражеский гарнизон, подскочили две танкетки. Танкетки промчались мимо. Повернули, утюжат поле вдоль и поперек. Ну, думаем, не уйти! Попрощались мы друг с другом, поцеловались. И решили ползти прямо навстречу немецкой цепи. Гитлеровцы уже не стреляли. Видно, надеялись найти нас, взять живыми. Но что это? Смотрю: в цепи есть небольшой разрыв. Я скомандовал: «Быстро за мной!» Мы прямо в этот разрыв, по ржи переползли в картошку. Немцы-то во ржи нас ищут, а мы по картошке, по картошке подползли к самой железной дороге, а затем вдоль полотна… А враги прочесывают все поле и удивляются: куда же мы делись?
В результате диверсии был уничтожен поезд с отборными войсками СС. Тридцать шесть часов фашисты разбирали обломки. Пока они там возились, я с другими диверсионными группами взорвал небольшой мостик, да еще в нескольких местах железнодорожное полотно... Пропускная способность дороги сразу сошла на нет. И это перед самой битвой на Орловско-Курской дуге!
Вечная слава и низкий поклон героям, защищавшим нашу Родину!
Спасибо за лайк и подписку! Добро пожаловать на канал "Мужчина на кухне"!
Читайте так же:
Мой дед так и не увидел свою дочь, а бабушка, так и не узнала, где погиб и похоронен дед. (история одной семьи военного времени)
Самый молодой пилот Великой Отечественной летел с боевого задания и увидел на нейтральной полосе...
Второй бой стал последним для 19-ти летнего связиста. Героя зверски замучили, но необходимых сведений не добились.
Героический бой с немцами, там, где их не ждали, в 20-ти километрах от передовой...
Конец 1942 года. Зима. Сталинград. Первый бой Ефима Минкина
Героические будни морских разведчиков.