Это кажется странным, но большинство из нас — психологические мазохисты. Не в том смысле, какой вкладывает в понятие “мазохистическая личность” современный психоанализ, и не в том, эротическом, о котором мы узнали благодаря Леопольду фон Захер-Мазоху. В данном случае я называю мазохизмом привычку большинства выбирать психологические “пинки” вместо “поглаживаний”.
Что это такое? Сейчас объясню.
Психологическое поглаживание — это, говоря околонаучным языком, единица коммуникации. Единица контакта. А если проще — любое проявление одного живого существа (ибо обмениваются ими не только люди) в адрес другого. Любое! То есть, как “положительное” (и такие проявления и принято называть именно “поглаживаниями”), так и “отрицательное”, “негативное” (вот это как раз “пинки”). И поглаживания, и пинки могут быть вербальными и невербальными.
Обнять, поцеловать, взять за руку, просто прикоснуться (без сексуального контекста или с ним) — это физические поглаживания. “Погладить” другого мы можем улыбкой, взглядом, мимикой. И, конечно же, словами: словами любви, одобрения, подбадривания, поддержки. “Привет, рад тебя видеть”, “у тебя все получится”, “Я тебя люблю!”, “Прекрасно выглядишь” — и так далее, и тому подобное — все это психологические поглаживания.
Они важны. И мы, человеки, в них нуждаемся — даже если отрицаем (впрочем, думаю, вы замечали, что, скажем, животные, что обитают рядом с нами, тоже нуждаются в поглаживаниях). Психологическое поглаживание — это: я тебя вижу, слышу, ты для меня существуешь, ты важен, ты ценен, ты нужен, ты значим.
Казалось бы, зачем нам, взрослым людям, это нужно? А вот зачем: это помогает справиться, выдержать четыре наших глубинных, изначальных бессознательных страха: страх смерти, страх жизни, страх изоляции и страх свободы (да, такие вот мы противоречивые). Самый “осязаемый” (пишу в кавычках, ибо большинством он все же не осознается на когнитивном уровне, но ощущается, что называется, кожей) — страх смерти. Я уже неоднократно говорила, что так уж нас растят (“воспитывают”), что мы начинаем словно бы сомневаться в своем праве на существование. Ну а в остальных своих внутренних правах и подавно!
Так вот психологические поглаживания наша искореженная травмами (что уж тут скрывать) психика воспринимает как разрешения. Как подтверждение наших прав. И — как отражение нас в других, позволяющее убеждаться в собственном существовании. Возможно звучит это странно и абсурдно, но логика нашей психики несколько отличается от логики нашего “рацио”, то бишь, разума. Поэтому можно просто принять как аксиому: мы нуждаемся в психологических поглаживаниях. Позитивных, я имею в виду. Но — отчего-то предпочитаем “пинки”.
Пинки — это, собственно, те же поглаживания, только с отрицательным креном. Критика, обесценивание, эдакое оскорбительное подкалывание, претензии, обвинения и тому подобное. Думаю, могу не перечислять: всем нам прекрасно знакомы самые разные вариации пинков.
Почему же они тоже являются поглаживаниями? Да потому, что несмотря на свой унижающий, отвергающий, болезненный эффект, они тоже содержат главное: я тебя вижу, слышу, ты для меня существуешь. И, как ни странно, они тоже поддерживают наши внутренние права и дают разрешения. Например, в ответ на агрессию в свой адрес я могу разрешить себе агрессию. В ответ на обвинения — высказать “встречные претензии”. Ну и тому подобное. Понимаете, да?
И, как я уже сказала, и то,и другое является для нас стимулом к действию. Одних мотивируют такие вещи, как вера в них, похвалы, высокая оценка их результатов (оценка в любом выражении — хоть в виде “пятерки” за контрольную, хоть в виде восхищения, вербального или нет). Другие же, напротив, начинают действовать только получив “люлей”. И, повторю, вот их — большинство. Почему?
Смотрите, в норме человек должен (не люблю это слово, но здесь уместно именно оно) уметь: давать сам себе поглаживания (навыки самоподдерджки), обращаться за поглаживаниями к другим (просить либо провоцировать на поглаживание), давать другим поглаживания и принимать их. В норме. То есть, если все это человек получал с детства в виде вербальных и невербальных посланий. Увы, большинство из нас чуть ли не с рождения начинают получать совсем другие “директивы”. В результате в отношении поглаживаний и пинков у нас формируются и закрепляются вот эти вот три установки:
Не верь
У большинства из нас проблемы с доверием. В первую очередь — с доверием себе (“в народе” это называется неуверенностью в себе). Просто потому, что пока мы росли, значимые взрослые не верили в нас, не верили нам (что не удивительно, ведь у этих самых взрослых у самих проблемы с верой в себя — и эта беда передается из поколение в поколение бог знает уже сколько!). А формула построения отношений очень четкая: КАК относились ко мне — ТАК я отношусь к себе — и точно ТАК ЖЕ (как к себе) я отношусь к другим.
Проще говоря, если я себе не верю — то как я могу тебе-то верить? Например, если я смотрю в зеркало и не верю в собственную стройность (недовольна, надо еще тут убрать, там подтянуть, и вот столько “сбросить”), то как я поверю в твой комплимент (оценку)? Никак. А если не поверю, то и не возьму (не приму, не присвою). То есть, твое психологическое поглаживание, мне адресованное, “пролетит” мимо. Это в лучшем случае. А то еще и самооценку мне “уронит”.
Понимаете, о чем я? Ага.
И еще один момент: не знаю, как у других народностей, а вот у нашей я замечаю устойчивую тенденцию — мы легче и быстрее верим в плохое, чем в хорошее. Предположу, что дело тут в безопасности: это ведь очень опасно — поверить во что-то хорошее, а оно потом возьмет и не случится! Фрустрация же! Встречаться с ней не хочется, ибо больно. Потому бессознательно большинство из нас выбирают “не очаровываться” (то бишь, настраиваться на плохое), чтобы потом не разочароваться. Знакомо?
Вот почему многие неосознанно предпочитают пинки: в них больше верится. И легче.
Не бойся
У большинства в бессознательном сидит такая, с точки зрения рацио, алогичная ассоциативная цепочка: в поддержке, помощи, одобрении, жалости и сочувствии (это все тоже поглаживания) нуждаются только… слабые. Слабые, беспомощные, зависимые, несамостоятельные… Дети, в общем (поэтому, кстати, к детям и другим инфантам — людям с ограниченными возможностями, очень престарелым людям, а также домашним питомцам — мы щедрее в плане поглаживаний, замечали?).
А слабым и беспомощным быть страшно. Социум отвергает таких. Социум отвергает и тех, кто боится. Так что бояться тоже нельзя. Принимать, а тем более просить поглаживания — это про слабость и про страх. Сильный и смелый во всем этом не нуждается. Ну, в общем, думаю, вы поняли суть этой бессознательной каши в наших головах? Ага. Так вот она тоже здорово мешает нам принимать (да и давать, особенно — мужчинам, загнанным в рамки образа “настоящего мужика”) психологические поглаживания.
Вот почему мы бессознательно выбираем пинки: они подкрепляют наше представление о себе как о сильных, самостоятельных, способных справляться с жизнью.
Не проси
Как я написала выше, в норме мы должны уметь “просить” — то бишь, обращаться за поглаживаниями: за помощью, поддержкой, сочувствием, одобрением и так далее. И, кстати, сначала, в детстве, я имею в виду, мы все это умеем. Младенцами мы кричим или плачем, призывая на помощь взрослых. Став постарше мы начинаем демонстрировать взрослым результаты своего творчества (то есть, любой созидательной деятельности, все, что мы “произвели” сами: от какульки, которую почти каждый малыш однажды гордо приносит родителям, до рисунков-поделок-раскрашенных “вручную” стен и так далее). Мы ведь приходим за чем? Правильно, хотим в ответ на демонстрацию нашего результата получить одобрение, восхищение, радость — в общем, психологическое поглаживание. Увы, у большинства из нас очень быстро отбивают это вполне естественное стремление — критикой, обесцениванием, игнорированием. Ну а обучение по принципу “стимул — реакция” никто не отменял: если нас три раза “ударили по рукам”, в четвертый раз мы руки уже не протянем, так ведь? Так что большинство из нас довольно рано — и накрепко — усваивают: просить небезопасно.
И еще одной "аксиоме" многих из нас научили: если ты что-то попросил, и тебе это дали, ты потом будешь должен. Причем, зачастую, несоизмеримо больше. Проценты огромные, как в экспресс-кредитах разных. Так что большинство сто раз подумают, прежде чем что-то попросить, так ведь?
А что с пинками? Тут все просто: их НЕ НУЖНО просить. Замечали, насколько щедры окружающие на раздачу отрицательных пси-поглаживаний? Вот то-то и оно.
Вот почему мы бессознательно выбираем пинки: их не нужно просить, их люди раздают сами, так сказать, “бесплатно”.
Казалось бы, ну и что? Ну вот стимулируют тебя “пинки” — и ладно. Главное, есть что-то, что заставляет, мотивирует тебя действовать, двигаться, развиваться.
Так-то оно так, но… Понимаете, получая “пинок”, мы получаем (каждый раз) и сильнейший бессознательный внутренний конфликт: с одной стороны, отрицательное пси-поглаживание подтверждает наше существование (меня видят, я есть) и право жить, с другой же, — лишает нас этого права (ты плохой, а плохим жить нельзя), актуализируя глубинный страх смерти. Причем, все это одновременно. Эдакий тяни-толкай, газ и тормоз. Представляете, какой внутренний раздрай каждый раз приходится преодолевать нашей психике? И, думаю, не стоит объяснять, что даром это для нее не проходит.
Да, у пинков есть своя польза: в малых дозах они действуют как вакцина — укрепляют наш психологический иммунитет. Но именно в малых! Ибо, сами понимаете, большая доза “заразы” ведет к заболеванию и разрушению.
Что делать? Учиться. Осваивать навыки (а это именно навыки, и они прокачиваются, тренируются), о которых я писала выше: давать самому себе пси-поглаживания, давать другим, принимать и просить (обращаться за поглаживаниями). Поначалу будет трудно, конечно. Но ведь и мышцы поначалу болят после тренировок, не так ли? Зато как хорошо потом, когда они приходят в форму!