К началу Великой Отечественной войны наш 13-й механизированный корпус находился в стадии формирования. Командовал корпусов генерал-майор Ахлюстин Петр Николаевич. Корпус входил в состав 10-й армии и находился в районе белостокского выступа.Там же мы и встретили войну.
В полночь нас подняли по тревоге, а уже в полдень 22-го июня мы вступили в бой в районе города Браньска. Превосходство немцев, особенно в авиации было подавляющим и 24-го июня мы начали отступать. А в начале июля 1941 года наш корпус оказался в окружении. Я тогда был начальником штаба 521-го батальона связи.
Ползли слухи о немецких десантах, прорвавшихся танках. Особенно часто шли разговоры про диверсантов. Действительно, это были дерзкие умелые бойцы, многие из которых хорошо знали русский язык.
Это уже потом мы узнали о том, что у немцев был полк Бранденбург-800, и в нем было очень много русских белоэмигрантов, прибалтов, которые в совершенстве владели русским языком. Они всегда действовали в форме военнослужащих Красной Армии, передвигались на автомобилях и захватывали важные стратегические объекты.
Одной из задач диверсантов было уничтожение высшего командного состава, для того, чтобы оставить соединения без командования и действовали они при этом смело и решительно.
На нашего командира корпуса генерал-майора Ахлюстина было совершено два покушения. Мы тогда уже находились в окружении и пытались выйти на соединение с нашими частями.
Генерал Ахлюстин передвигался в бронеавтомобиле. Кроме него в бронеавтомобиле находились прокурор корпуса и адъютант генерала. Во время привала к нашей группе подошел мужчина в форме и представившись полковником, начальником штаба соседней дивизии, сообщил нам, что во время авианалета он отстал от своей дивизии и теперь пытается найти их, а пока она хотел бы примкнуть к нашей части.
Полковник держался уверенно. Его грудь украшал орден Красной Звезды. Он хорошо знал весь аппарат управления нашей 10-й армии и командование своей дивизии. К тому же полковник хорошо знал обстановку, поэтому Ахлюстин предложил ему дальше передвигаться в своем бронеавтомобиле. Ему хотелось подробнее расспросить полковника о том что ему известно о сложившейся ситуации на данный момент.
Наша колонна двинулась дальше, а через полчаса втянулась в лесной массив и мы передвигались по неширокой лесной дороге. Вдруг бронеавтомобиль, в котором ехал командир корпуса, остановился, у него распахнулась дверка, и из нее на дорогу вывалилось несколько человек. Прокурор корпуса и адъютант генерала пытались скрутить полковника, которого Ахлюстин посадил с собой бронеавтомобиль.
Мы, увидевшие эту картину, бросились к ним на помощь. Выяснилось, что этот мнимый полковник во время движения сидел сзади командира корпуса. Неожиданно он достал пистолет, приставил его к затылку генерала и нажал на спуск.
По счастливой случайности, в это время бронеавтомобиль подбросило на кочке и пуля, сбившая с командира корпуса фуражку, его самого даже не задела .
Нашей ярости не было предела. Нам было не понятно, на что рассчитывал диверсант. Ведь он шел почти на верную смерть. Возможно, он надеялся, убив генерала, захватить бронеавтомобиль.
К сожалению, мы даже не допросили его, столь сильно мы были ошеломлены этим покушением, и столько в нас накопилось злобы, что через минуту допрашивать было уже некого. С диверсанта была сорвана советская форма, а тело сброшено в канаву. После этого колонна двинулась дальше, в сторону Городища.
28 июля остатки нашего 13-го корпуса, под огнем противника, переправлялись через реку Сож. Во время переправы командир корпуса генерал-майор Ахлюстин погиб.
Рассказавший эту историю капитан Кремнев Сергей Зиновьевич вышел из этого окружения, воевал. Он пропал безвести в июне 1943 года.