Просыпаюсь утром, совсем рано, в то время, в которое люди еще крепко спят. Ведь сегодня выходной, кто будет вставать в восемь часов? Но я просыпаюсь по чётко выработанной привычке, словно заведенный будильник, ровно в восемь. Окно в моей комнате приоткрыто — я могу чётко слышать все, что происходит на улице. А самые громкие звуки сейчас — щебетание птиц . Разные, непохожие друг на друга, переливающиеся из одного полупрозрачного звона в другой, такие совершенные и такие прекрасные. Из всего этого гомона я выделяю одну единственную трель. Ту самую, которую я слышу каждую весну. Это звонкое, быстрое и обрывистое чередование всего-лишь двух нот. Оно всегда неизменно, всегда придерживается одного и того же четкого ритма. Первое, что я слышу, просыпаясь — невероятные и прекрасные звуки ожившей, проснувшейся от мучительно-затяжного сна, природы. Первое, о чем думаю, — мой тревожный сон. Все было так чётко: городские улицы, здание университета, переменчивое небо и… разбушевавшееся море там,