Одно событие взволновало гвардейцев.
8 сентября агитатор политотдела капитан Пестровский и офицер штаба дивизии капитан Орлов вышли в один из батальонов 206-го полка и в пути неожиданно наткнулись на засаду немецких пулеметчиков. Пистолеты против пулемета — неравное оружие. Немцы тяжело ранили их. Затем начали допрос. Советские офицеры ни слова не сказали о себе, о своих частях. Тогда озверевшие фашисты замучили их, вывернули руки, изрезали ножами, разбили головы.
Утром 9 сентября, когда наши части отогнали немцев, начальник политотдела дивизии подполковник Гришечкин разыскал трупы Пестровского и Орлова. Офицеры штаба собрались на похороны своих боевых товарищей. В это время вражеская авиация совершила ожесточенный налет на КП дивизии, расположенной в Дранах. Во время бомбежки погиб замечательный боевой товарищ, начальник отдела контрразведки дивизии майор Слободенюк. Во многих местах было пробито осколками бомб гвардейское знамя.
Гвардейцы поклялись отомстить за смерть офицеров, с честью пронести пробитое знамя через огонь сражений к полной победе над врагом. В тот же день, 9 сентября, воины дивизии заняли населенные пункты Брыжаха, Курлюково, овладели восточной окраиной деревни Маньки и завязали бои за высоту 183,4, сильно укрепленную гитлеровцами.
Враг подтянул сюда свежие резервы и ценой больших потерь удерживал высоту. 11 сентября немцы девять раз атаковали части дивизии в этом районе. Высота неоднократно переходила из рук в руки. Гитлеровцы потеряли здесь до роты пехоты, три танка, много пулеметов и другого вооружения.
К концу дня высота была взята. Части дивизии продвинулись вперед до рубежа Лавринцы — Корещина. Упорные бои здесь продолжались в течение шести дней. Этот шестидневный период боев был один из наиболее тяжелых. Но личный состав частей и подразделений дивизии смело шел в бой, проявляя образцы мужества и стойкости. В одном из боев был ранен Мусеиб Багиров. Его под огнем вынес с поля боя красноармеец Клевцов. Прославился смелостью и отвагой коммунист Шульга, награжденный в течение этих дней дважды.
Частям дивизии удалось выбить противника из сел Лавринцы, Корещины и занять эти населенные пункты. В ночь на 21 сентября враг начал отходить в южном направлении. Воины преследовали его и вели бои с арьергардами и отдельными группами прикрытия гитлеровцев.
Горели подожженные отступающими бандитами села и хутора Полтавщины. Гвардейцы шли мимо дымящихся развалин. Их со слезами на глазах встречали бледные, худые украинские женщины и дети. Они показали колодец, куда бросили гитлеровцы замученных людей, водили к пепелищу дома, где фашистские изверги заживо сожгли колхозную семью. Вот что рассказал красноармеец из нового пополнения А. Беличенко: «Если я в тот день не сошел с ума, так только потому, что жила во мне надежда, что доживу я до такого дня, когда смогу за все отомстить фашистам. Но есть ли, братья, мера расплаты за их злодеяния?
Гремела канонада, и знали все — идут наши. Немцы разбрасывали приказы об эвакуации в Кременчуг, писали, что будут жечь село. Но никому ничего не жалко было. Жгите, ироды, а мы дождемся своих, родных! И ушел народ в степь.
Утром этого ужасного дня загудели вблизи нас моторы. Выползли десятки бронемашин, танков и автомашин с немцами. Они оцепили поле, где прятались мы, и под угрозой оружия погнали всех нас назад в село.
Мужчинам фашисты приказали отойти в одну сторону. Женщин и стариков начали связывать веревками по 30—40 человек и загонять в дома. А дома начали палить. Крик и стон пошел по селу. Детишки надрывались от плача. Рванулись мужики на помощь горящим своим сестрам, женам, отцам и матерям. Но немцы открыли огонь из автоматов, а потом окружили мужиков плотным кольцом.
Севастьян Тесло видел, как сгорела его жена. Его двухлетнего сына немец бросил в колодец, а дочь, совсем еще малютку, поднял на штык.
Не выдержал Севастьян. Ударом кулака свалил он стоявшего рядом немца, разорвал цепь. Побежал я вслед за ним, а потом хлынули за нами остальные. Немцы почти всех перестреляли из автоматов. Только Севастьян Тесло, я да еще один человек сумели убежать из села.
Когда пришла Красная Армия, узнали все страшную судьбу моих односельчан. Немцы придумали самые зверские казни. Виктора Комарцова привязали к двум машинам и разорвали пополам. 50-летнему Валику сдирали кожу со спины, многим вырезали кресты и звезды на груди, а потом расстреляли. Такой был «новый порядок», который фашисты хотели установить на украинской земле».
Со слезами на глазах слушали бойцы этот страшный, чудовищный рассказ Беличенко. Жгучей ненавистью к врагу полнились сердца солдат. Многое видели они на своем боевом пути, но такого...
Читать больше похожих историй
Понравилась статья? Поставь лайк и подпишись на канал!