Дорогие друзья! Не забывайте, пожалуйста, подписываться и ставить лайки. Впереди будет ещё много интересного!
С сегодняшнего дня в моих публикациях будут появляться истории, которые хронологически происходили позднее основного повествования. Дело здесь в моем желании поделиться интересным с вами как можно скорее. Как только основное повествование будет доходить до моментов с этими историями- я буду делать на них ссылки для полноты повествования. Итак, первая история.
История №1. Краденный телефон. Благородный сержант-детектив.
До моего возвращения домой оставалось всего две недели, на погонах уже давно висели сержантские полоски. Поэтому сейчас я наслаждался только что съеденным завтраком, слабеньким ноябрьским солнцем, сигаретой и одиночеством в курилке. Рота занималась уборкой в расположении, поэтому я мог позволить себе перекур.
-Здарова,- зашел в курилку и поздоровался со мной сержант первой роты Финист.
Финист- кличка, образованная от фамилии. Он был одним из моих армейских друзей: хороший парнишка двадцати двух лет с правильными взглядами на жизнь. Родился и жил в деревне под Воронежом. Всегда был за справедливость.
-Здарова, - я протянул ему руку для рукопожатия, - как дежурство?
Финист стоял в наряде дежурным по роте, о чем свидетельствовала повязка на руке.
-Да хрень какая-то, представляешь у Слесаря телефон из-под подушки ночью дернули. Ему на дембель сегодня, трубку только вчера ротный выдал, и вот такая хрень.
- Много полезной информации для подготовки к службе в армии можно найти в книге "Как подготовиться к службе в армии за неделю?". Ссылка на ЛитРес. Ссылка на Ridero.
Слесарь, которого так называли тоже из-за фамилии, был одним из солдат которых перевели к нам после полугодового службы в "учебке". Среди офицеров он не пользовался уважением, поэтому пользоваться ему разрешали только "тапиком" (кнопочным телефоном без интернета и камеры) и то только по воскресениям. Его смартфон находился в сейфе у командира роты, чтобы вернуться к хозяину только перед дембелем. И вот он недолго успел побыть у Слесаря.
-Я уже всех "бобров" обшмонал, всё располагу "взорвали". Пусто! Ну как так то? А главное знаешь что? Стало быть я виноват, мой же наряд, я отвечаю за всё. Я сейчас после завтрака дневальных своих построил, решили отдать все наши деньги Слесарю, как бы компенсацию, мало конечно, но что еще можно?- бушевал Финист.
-Хреновая ситуация, - резюмировал я,- слушай, а наш период не мог дернуть?
-Да фиг знает, я сам, по-честному, щемил всю ночь. Дневальных опросил, говорят, что ночью поднимались четверо из нашего периода. И все ходили на четвёртый этаж курить, а потом ложились спать.
На четвертом этаже нашей казармы был ремонт. Ну как ремонт: полы и краску со стен сняли, мебель вынесли, стройматериалы занесли, а ремонт так и не начали. В связи с невозможностью выйти из батальона ночью, все, кроме "опустившихся" и первого периода ("бобров") ходили курить на четвертый этаж.
-Финист, слушай, а на четвертом этаже, на центряке, палатка же разложена!- вспомнил я.
Там действительно была разложена 5-6 местная туристическая палатка. Её привез замполит батальона для того чтобы солдаты взвода обеспечения подлатали ее.
-Так, ну и?- не понял Финист.
-Смотри, берешь своего самого надежного дневального, идете на четвертый, шмонаете там всё, если трубку найдешь - отдавай Слесарю. Если не найдешь. Так, погоди у тебя у самого то трубка с камерой?- дополнял я план по ходу рассказа.
-Да.
-Если трубку не найдешь, сажай в палатку дневального, пусть даже не дышит блин. Как только зайдет кто-то на четвертый - пусть включает камеру и снимает всё.
-Точно, блин, если она заныкана где-то, то точно на четвертом! Я побежал!- Финист не докурил, бросил сигарету и кинулся в казарму.
На тот момент я и не надеялся на разрешение ситуации, скорее всего трубка не нашлась бы.
День пролетел быстро, офицеры уже покинули часть, в батальоне оставался только дежбат- нормальный мужик, старший лейтенант Куденок, поэтому я со вторым сержантом моей роты, писарем и каптером пили кофе в канцелярии ротного.
В дверь постучали. Мы не пошевелились, т.к. для открытия дверей необходимо было назвать "пароль" во избежании ситуации быть пойманым "на месте преступления" дежурным по части.
-Блин, вторая роты, открывайте, Финист это, - раздалось из-за двери.
Я подошел к двери и открыл ее. Финист сиял. Он быстро вошел в канцелярию, захлопнул дверь и начал:
-Блин, спасибо тебе огромное, ты сделал из меня детектива,- поблагодарил он меня и протянул вафельный торт.
-Ооо, это тебе спасибо, - принял я подарок, - ну рассказывай, что там?
-Ну в общем я так и поступил: прошманали мы четвертый этаж с дневальным, ничего не нашли, ну я и посадил его в палатку, - начал рассказ Финист, - и вот, рота ушла на развод, Слесарь ждал когда это построение закончится и ему отдадут наконец документы, чтобы смог уже покинуть часть. Сидим с ним в бытовке, я извиняюсь, даю деньги наши с дневальными ему, а он отказывается, мол "ты, Финист, не виноват, но будь добр, найди крысу, хоть когда я уйду уже". И тут дневальный прибегает, радостный как будто это он домой уходит. Сразу Слесарю трубку отдаёт и рассказывает: "сижу я, скучаю, на развод уже люди выходят, вдруг забегает Шкворень, открывает коробку с кафельной плиткой, ковыряется там и убегает, ну я снял всё естественно. Когда он ушел, я коробку проверил, трубка там лежала". Слесарь рад, а я растерялся, не знал что и делать. Шкворень вроде как "свой в доску".
-Да уж, ситуация, - удивился наш писарь.
Шкворень- парнишка из Липецка, нашего призыва. Поговаривали, что он "мазанный" и на дембель ему дадут аж старшего сержанта, пока он ходил в рядовых. Был хроническим барыгой, пытался зарабатывать на покупке- продажей вещей в пределах части.
-Да, не ожидал я от него такого,- продолжал Финист,- И главное знал он, что я этаж шмонать пойду, поэтому и забегал проверить не нашел ли. Ну подумал я, что когда это вскроется не сдобровать ему, не потерпят понимаете крысятничества среди своих, поломают Шкворня, а там уже и на "дизель" отправиться недолго.
"Дизелем" - называли дисциплинарные воинские части.
-Короче, только правильно поймите, я решил через офицерье действовать, чтобы и Шкворень наказание получил, и при этом наши самосуд не устроили. Как развод закончился я к Летову (лейтенант, взводник первой роты), ситуацию объяснил, видео показал. Он меня понял и пошли мы с ним к замполиту батальона. Летов ему ситуацию обрисовал, показал видео, а тот ему говорит, мол "постой за дверью,лейтенант". И спрашивает у меня: "Ну что сержант, как наказывать его будем? Статью пришъем?". Я честно говоря не ожидал такого расклад, вообще не ожидал, что он "мазаного" наказать решит, и отвечаю: "не надо статью, товарищ майор, может в нарядах свои три недели дослужит?". Ну замполит замолчал, потом телефон достаёт, пару раз нажимает, я понял что звонить будет кому то из уже записанных номеров: "Алло, Палыч?! Ну что, Палыч, хреново ты сына воспитал, телефон он у сослуживцев спер. Да. есть видео даже. Попался короче. В общем я что звоню то, хрен ему, а не звание, а дослуживать придется в нарядах. Да всё я понимаю, не извиняйся. Ладно, удачи". Вот тут я охренел: мало того, что замполит меня понял, так еще и отец крысы этой.
-Да уж, ситуация, - повторился писарь.
-Ну замполит мне этот торт и вручил как благодарность, Слесарь тоже довольным домой ушел, но я все равно считаю, что ситуация благодаря тебе решилась, спасибо! - Финист снова пожал мне руку.
В тот вечер мы пили кофе с вафельным тортом.
Шкворень действительно дослуживал свои три недели не сменяясь в нарядах дневальным, отношение к нему было хуже некуда: второй период его полностью игнорировал, а "бобры" объединились и в нарядах он только и делал, что мыл "очки". Впрягаться за него никто не стал.
Есть еще справедливость на свете, жаль, что не всегда.