Я не могу подружиться с немецким языком. Долгое время мне никак не удавалось выучить слово «извините». Ну, не мог я запомнить это звучащее как зловещее заклинание «эншульдегун» (entschuldigung).
Я рассказывал об этом знакомой немецкой актрисе русского происхождение на одной из вечеринок Берлинского кинофестиваля. Фильмы про войну научили меня расхожим немецким фразам хенде хох, руссищ швайн, ну и, конечно, нихт щиссен (не стреляйте). Позже я выучил шайсе, но дальше мой словарь пополняться отказывался.
Она смеялась. Что может быть проще. Повтори с десяток раз. Эншульдегун, эншульдегун, эншульдегун, и слова сами отпечатаются у тебя в подкорке! У нее закончилось вино, и я предложил принести ей еще один бокал красного.
Зал, казавшийся в начале вечеринки просторным, был забит под завязку мужчинами в строгих костюмах и дамами в вечерних платьях. Представители творческих профессий амбициозно презирали дресс-код. В те годы я был в их числе - на мне был кроваво-красный свитер с высоким воротом и рваные джинсы.
Получив два бокала красного, я осторожно, чтобы никого на задеть, пробирался на свое место, бубня себе под нос: эншульдегун, эншульдегун, эншульдегун. Я так и не понял, кто был тот гад, что задел меня сзади, но он явно не следил за осторожностью. Один из бокалов вина подскочил в моей руке и выплеснулся на белоснежное платье дамы, мимо которой я проходил. Красное пятно пришлось в район декольте и еще глупее было бы пытаться каким-то образом исправить свою ошибку. Мне было очень стыдно!
Истинный ариец, стоявший рядом с ней, воспылал гневом. Я бормотал извинения по-английски, но, казалось, немца это еще больше злит. Он орал на меня.
Я не понимал ни слова, но был уверен, что мужчина говорит на знаменитом Hoch Deutsch, высоком немецком! По крайней мере, он ни разу не произнес ни швайн, ни шайсе, которые были бы весьма уместными в этой ситуации. Иногда он срывался на фальцет, а я стоял перед ним пень пнем и пытался вспомнить как же все-таки будет это грёбаное «извините» по-немецки.
- Нихт щиссен, битте! – все, что удалось произнести мне перед тем, как я оставил их.
Проклятия еще какое-то время летели мне вслед, но потом их заглушила музыка. Подойдя к нашему столику я вспомнил это слово, и теперь оно осталось со мной навсегда.
Если бы у меня была возможность, я бы обязательно извинился еще раз, искренне произнеся выученное уже слово. Извинений никогда не бывает много. Хуже, когда тебе не удалось извиниться перед человеком. Хуже, когда тебя не простили. Хотя еще хуже, когда кого-то не простил ты.
