Даже не дверь, а задраенный шлюз в коридоре, облицованном белыми металлическими пластинами. Тихо работает механизм гермодвери, а за ней...
Жил, да был один космический пират. Много планет он посетил, и на каждой из них оставалась за ним дурная слава.
Однажды пересекая туманность, принадлежащую имперским войскам, он наткнулся на странный предмет, одиноко болтающийся в открытом космосе. В любом другом месте он бы решил, что это мусор, но имперцы драили свои плацы на совесть. Посему этот случайный предмет никак не мог быть случайным.
Пират аккуратно присвоил его себе и, по-тихому, слинял на нейтральную территорию. И только там он решил осмотреть подозрительную штуковину.
Штуковина и впрямь оказалась подозрительной: блестящие обсидиановые ребра сложного многогранника, внутри которого, за черной дымкой вулканического стекла, угадывалось призрачное неверное свечение. Оно притягивало взгляд, и совершенно невозможно было оторваться от движения света внутри черной, почти непроницаемой фигуры.
Пират был неглуп и, местами, даже хитер, и от того не стал рубить с плеча: прогнал охватившее его желание разбить стекло и выпустить таинственное свечение наружу.
Засунул штуковину в контейнер и пошел с ним в местный кабак, в надежде найти хотя бы часть ответов.
Но надеялся он зря. Никто ничего интересного не сказал, а открывать свою находку для всеобщего обозрения он не собирался.
Поскольку из-под выподверта он ничего не выяснил, то пришлось искать другие пути решения задачи. Он сел в свой корабль и двинулся на далекую, поросшую синими лесами планету, где обитала хитрая и весьма опасная, но в то же время умная до чертиков колдунья.
Пират нагло пришвартовался у самого порога ведьмы, нанеся значительный урон паре многовековых деревьев, что его ничуть не смутило, но вызвало злой прищур у ведьмы: она не купилась на привезенные пиратом подарки, которыми он надеялся ее задобрить. Ведьма была на то и ведьма - она сразу учуяла что-то интересное в контейнере, который сжимала рука пирата и потребовала показать ей содержимое.
Пират струхнул, но отступать было поздно и он достал штуковину.
Лицо ведьмы на некоторое время утратило свою непроницаемость, и пират успел заметить, каким огнем полыхнули ее глаза при виде загадочной штуковины, но, быстро овладев собой, она вновь приняла безразличный вид и только нервные кончики пальцев ласково гладили блестящие стенки штуковины.
Она приветливо улыбнулась пирату и предложила ему выпить чего-нибудь горячительного, ибо в их краях погода совсем испортилась и согреться можно лишь в тепле у очага, да с бокалом венерианского пойла.
Пират понял, что отсюда его вряд ли отпустят живым, особенно, если учесть, как приглянулась его игрушка ведьме, но рассказать, что же это такое могла только она, и пират, придав себе бравый и залихватский вид, сказал, что венерианского пойла не пьет, но на борту его корабля есть замечательное плутонское пиво, и пригласил ведьму к себе на скромный ужин.
Ведьма, не спускавшая взгляда с контейнера, в руке пирата, молча кивнула и они пошли на корабль, который тут же покинул атмосферу тихой планетки, заросшей синим лесом.
Что происходило на корабле неизвестно, но очевидцы утверждают, что держал он курс по направлению к краю галактики, где замер и в таком положении находился довольно долго.
После, из одного из отсеков выплыла странная штуковина, по виду напоминающая многогранник из черного мутного стекла, по которому прицельно выстрелила одна из пушек корабля. Стекло сначала потемнело, затем пошло мелкими трещинками, через которые начал сочиться свет, трещины разрастались и свет становился все ярче и вскоре его свечение окутало корабль и поглотило его, не оставив и следа.
Свет рос, раскручивался по спирали, и вот среди него уже можно было различить крупинки звезд и планет. Рождалась новая Вселенная. Росла, поглощала старые миры, сметала все на своем пути и был у той вселенной Бог, породивший ее, управляющий ей и дланью своей направляющий ее.
Только история умалчивает, кто же из двух пройдох стал Богом новой Вселенной.