Клятва Гиппократа должна касаться не только врачей: ее следует приносить и бизнесменам, которые инвестируют в фармацевтику. Об этом написал известный американский инвестор в сфере биотехнологий Боб Мор в статье для журнала Nature.
Мор напомнил своим коллегам по фармацевтическому бизнесу завет Джорджа Мерка-младшего (президент немецкой компании Merck с 1925 по 1950 годы). «Мы никогда не должны забывать, что медицина предназначена для людей. Она не для прибыли. Прибыль является следствием, и если бы мы это запомнили, она [прибыль] бы никогда не заставляла себя долго ждать. Чем лучше мы это запомним, тем [прибыль] будет больше», — процитировал Мор своего знаменитого коллегу.
Инвестор в своей статье пошел дальше и предложил распространить на фармацевтический бизнес врачебную этику. «Чтобы фармацевтика процветала, мы должны следовать клятве Гиппократа где бы то ни было — и в академической деятельности, и в бизнесе, и в сфере финансирования. Цена потери доверия к лекарственной индустрии должна перевешивать манипулятивные краткосрочные выгоды», — пишет он.
Впрочем, Мор не дает ответа на вопрос, должны ли те, кто инвестирует в фармацевтику, официально принимать эту клятву наравне с врачами.
Далеко не все игроки фармацевтического рынка следуют заветам Мерка, не говоря уже о клятве Гиппократа. Так, например, глава американской компании Turing Pharmaceuticals Мартин Шкрели, имя которого уже стало почти нарицательным, известен своей беззастенчивой наживой на жизненно важных лекарственных препаратах.
Скандальный предприниматель действовал всегда по одной и той же схеме: основывал компанию, выкупал права на тот или иной препарат, после чего многократно взвинчивал его цену. Широкий общественный резонанс получила «афера» Шкрели с препаратом пириметамин (торговая марка Daraprim) для лечения токсоплазмоза у ВИЧ-инфицированных. Стоило бизнесмену приобрести патент на это лекарство, как стоимость пириметамина взлетела более чем в 50 раз — с $13,5 до $750.
Алчность бизнесмена восприняли в штыки и рядовые граждане США, и многие американские политики — например, сенатор от Демократической партии Берни Сандерс. Однако Шкрели ничуть не смутился разразившимся недовольством и с готовностью примерил на себя звание «самого ненавистного бизнесмена США», которую ему негласно присудила общественность.
В конечном счете «героя» все же нашла и другая «награда»: на днях американское правосудие приговорило Шкрели к семи годам тюрьмы и штрафу в размере $7,36 млн. Впрочем, скандального предпринимателя осудили не за накрутку цен на лекарства, которая сама по себе не является уголовным преступлением, а за махинации с ценными бумагами.
Вернемся к статье Мора и отметим, что и он сам, и даже Роберт Мерк, которого он цитирует, апеллируют не столько к этике самой по себе, сколько к утилитарным соображениям. Оба пытаются объяснить игрокам на рынке, что забота о пациентах обогатит их, в то время как рвачество а-ля Шкрели рано или поздно приведет к разорению самого рвача.
Как повел бы себя тот же Мор, если бы кто-нибудь доказал ему математически, что процветание фармацевтических «гигантов» несовместимо со здоровьем широких масс населения? Условно гуманистическая позиция Боба Мора лишь подтверждает, что бизнес находится по ту сторону заботы о человеке.
До тех пор, пока интересы предпринимателей и пациентов совпадают, главы фармкомпаний с удовольствием рассуждают о своей гуманистической миссии. Однако как только здоровье людей и прибыль окажутся на разных чашах весов, большинство «акул» фармацевтического бизнеса без колебаний сделают выбор в пользу последней.