Явился драбант хорунжего. Он накрыл стол и поставил передо мною самовар. Я предложил ему стакан чаю;он его принял,и между нами завязался разговор. - Ну,что,как вы живете на хуторах? спросил я его: - хорошо ли вам? - Чем же дурно,ваше благородие: приволья такие!... Для скотинки тут хорошо: в этом главное дело. Да кабы не эти проклятые Нагайцы, так такое житье было бы,что и желать ничего не надо;ну,а теперь,вот,точно,то и дело,что с ними возишься-нет никакого спокою! Ни самому проехать,ни скотинку в поле выгнать:так и сторожат косматые дьяволы! Уж какое житье это! Иной раз,жизнь самую,проклинать зачнешь:так надоест Азия! Ведь редкая неделя без оказии проходит. Только тут по дороге у нас балка есть- и глубокая такая,преглубокая-едут мимо. Один казак и приметь,что трава-то кругом помята. Наклонились станичники,а следы по росе-то и видны. Бросились к ложбине;а там,как раз,четыре Азията и есть! видно,партия по частям разбилась "Как увидели Азияты,как полыхнутся да к коням!А станичники-б
Явился драбант хорунжего. Он накрыл стол и поставил передо мною самовар.
Я предложил ему стакан чаю;он его принял,и между нами завязался разговор.
- Ну,что,как вы живете на хуторах?
спросил я его: - хорошо ли вам?
- Чем же дурно,ваше благородие:
приволья такие!...
Для скотинки тут хорошо: в этом
главное дело.
Да кабы не эти проклятые Нагайцы,
так такое житье было бы,что и желать ничего не надо;ну,а теперь,вот,точно,то и дело,что с ними возишься-нет никакого спокою!
Ни самому проехать,ни скотинку в поле выгнать:так и сторожат косматые дьяволы!
Уж какое житье это!
Иной раз,жизнь самую,проклинать зачнешь:так надоест Азия!
Ведь редкая неделя без оказии проходит.
Только тут по дороге у нас балка есть-
и глубокая такая,преглубокая-едут мимо.
Один казак и приметь,что трава-то кругом помята. Наклонились станичники,а следы по росе-то и видны.
Бросились к ложбине;а там,как раз,четыре Азията и есть!
видно,партия по частям разбилась
"Как увидели Азияты,как полыхнутся да к коням!А станичники-братов,их тож,думаю,шестьдесят было,не меньше
-и обкружили сейчас.
" - Выходите,кричат,чортовы дети!
кидайте оружие!
" А сами сейчас ружья с чехлов.
" Видят Азияты,попались:
поднялись на штуки.
" - Стой,говорят,казаки,не стреляйте:
мы мирные.
"А где тут мирные!
чуть не с поличным пойманы,а мирные!
ну,и рожи такие разбойничьи,
что плюнуть на них только стоит;
а сами бородачи все такие,
здоровенные человечины,
да страшные,как есть конокрады.
" - Эй!не стреляйте!говорят вам,
мы мирные,табунщики,в табуны ездили,
да заночевали в поле.
"Ну казаки опустили ружья.
" - Ну,коли вы мирные,говорят,
бить вас не станем,а вы давайте кагат
да ступайте за нами в станицу:
там разберут,мол,вас.
" - Вот сейчас кагат!вот сейчас кагат!...
а сами,знай,бурки увязывают.
"Ну,хорошо,подвязали они бурки,
сели на коней и выехали из балки;
наши тоже собираться зачали.
" - Где ж кагат?спрашиваем мы;
а эти Нагайцы как выхватят ружья вдруг.
" - Вот наша кагат!...вдарили с них
и завизжали в шашки.
" Ну,признаться,они точно врасплох тогда нас застали:
уж никак не думали мы об этакой штуке!
Ведь их всего четыре было,а против шестидесяти пошли...ужастные воины!
как зачали они рубить
направо,направо,прорубились и
пошли на утек.
Наши за ними,а они сейчас,как обернутся назад,как вдарят на скаку с ружей-опять двоих поранили...
Зло взяло,братов,сказать нельзя,какое!...
А тут уж вот-вот и добираться до них стали...
Так что ж эти Азияты?видят,что
не уйдут,пропадать приходиться:
повернули коней да словно бешеные так врезались в самую середину казаков.
Зачалась тут у нас сеча:всех их в куски порубали;ну,только и они немало народу переранили...
А вот ведь живьем ни одного не взяли:
никак нельзя-не даются!
Точно это,что настоящие джигиты выбрались.
Источник:Несколько дней на Кубани.
(Из путевых записок,веденных на Кавказе в 1853-1856 годах)//Военный сборник,N3.1861г.