Сдали мы объект в Эмиратах и следуем, как предписано "в направлении Суэцкого канала" экономическим ходом.
И вдруг команда - галопом в сторону Джибути, там аварийное турецкое судно, которое потеряло ход, поймать и в Эмираты же отвести.
На третий день нашли мы их - здоровенный балкер в грузу и весь обгаженный чайками так, что стал белым, будто круизный лайнер. Становимся к нему лагом (борт к борту то-есть), как положено, "валетом", чтоб буксирный конец удобнее завести было. Тут набегает их команда, все туркообразного вида, и голосят: "Рэбята, здрастуйтэ! Можна ат вас дамой пазваныт?"
Это лет шестнадцать назад было, и других способов связи у них почему-то не оказалось.
Ну отчего нельзя, можно, плата по таксе.
Позанимали они очередь и, ожидая, стали свою историю рассказывать.
Большинство команды азербайджанцы, капитан и кое-кто еще турки, а буфетчица, она же жена боцмана-турка, оказалась русской. Или украинкой, тогда над этим не заморачивался никто.
Везли они какой-то керамический порошок в эмират Аджман, и только прошли Баб-эль-Мандебский пролив, полетел у них турбонагнетатель воздуха на главном двигателе. А без этой штуки современный судовой главный дизель считай, что труп.
Кое-как добрались до города Мукалла в Йемене и стали ждать помощи от компании.
Месяца полтора ждали наши мореходы помощи, и все это время сонмища чаек обгаживали пароход. Там, в Мукалле, в советские времена был построен большой рыбоперерабатывающий завод и чаек расплодилось немеряно. А эта тварь любит усаживаться на палубу или надстройку, при этом постоянно находясь в режиме струйного принтера.
Короче, приехали специалисты, сделали нагнетатель, уехали, судно вышло в море, нагнетатель гавкнулся окончательно, и судно понесло...
Ладно, пока заводился буксирный конец, буфетчица напросилась на обед. Изнасиловал ее рис во всех формах и прочие радости для желудка. А у нас-то и селедочка, и ветчина с сосисками южноафриканские (какая там вкуснятина, в этой ЮАР! Мы всегда в Кейптауне продуктами затаривались), и гречка, и капусточка квашеная собственного приготовления...
Сидит, она, болезная, в столовой, наворачивает это всё, а её муж-турок-боцман рядом пристроился, свинину ему есть не моги, а жену отпускать к чужим мужикам и вообще смерти подобно.
А у меня как раз из трех ремней на компрессоре реф-камеры два уже лопнули к тому времени и резерва нет. Я и попросил ребят помочь.
"Да нэт праблэм, дарагой, пошли".
Повели в кладовую машинной части, через машинное отделение, конечно, и тут я слегка о.... ну, вы поняли.
На палубном настиле лужи то ли масла горелого, то ли мазута и верите ли - дорожки из кирпичей выложены, чтобы ходить. Провожатый идёт, рукой с горящей сигаретой размахивает. А у нас, блин, в носках без обуви в машине ходить можно, такая чистота. М-да. Набрал я себе ремней да и запрыгал по кирпичам назад.
Вскоре дали мы ход, и дня через четыре примерно прибыли к пункту назначения. Но ночь уже начиналась, а вход в порт там сложный, поэтому турко-азербайджанцы отдали якорь, а мы стали к ним бортом.
Утречком смотрим - на том судне содом и гоморра. Сквозь остекление мостика видно, как седобородый капитан бегает с одного крыла на другое, а за ним мечется толпа, бешено размахивая руками. Но самое интересное творится на их баке. С топорами в руках несколько молодцев встали у брашпиля (механизм поднятия якоря, если кто не знает) и не подпускают к нему никого.
Тормознули пару пробегавших мимо с выкаченными глазами азербайджанцев. Оказалось - денег они за весь контракт ни цента не получили, и дело идет к тому, что и не получат. А когда судно войдёт в порт, их просто вышибут на берег. Поэтому якорь они поднимать не будут, пока деньги с берега не привезут.
Так, - а нам-то что делать? Кэп запросил компанию. К вечеру пришло распоряжение - отдать буксирный конец, и хрен с ними со всеми. Деньги за буксировку компания уже получила.
Смотали мы конец на лебедку и распрощались с несчастными бывшими соотечественниками. Потом, уже выйдя из Персидского залива в Оманский, связались с ними по радио. Они продолжали стоять на якоре и ожидали прибытия полиции. А разговор там у полиции короткий...
А кто это на заглавном снимке с верблюдом и двумя арабчатами? А это я в той самой Мукалле в 1983 году. Неужто не узнали?
Вот ещё пара чудом сохранившихся моих снимков оттуда:
