Дом постепенно погружается в тишину.
Младший уложен в кровать. Старшие если не спят, то заняты какими-то тихими делами.
Измученный морально домашним бедламом муж, тоже постепенно засыпает.
Не играет музыка, не работает телевизор. Я за монитором ноутбука погружена в общение с виртуальными друзьями. Тишина...
И именно в этот момент Кыня извлекает из под дивана что-то маленькое, твёрдое и круглое. И начинает весело катать это по комнате.
В вечерней тишине звук катящегося по паркету пластикового шарика равносилен раскатам грома перед грозой. Муж начинает тревожно ворочаться во сне.
Я отнимаю у Кыни игрушку.
Каждый вечер провожу осмотр пространства за диваном и других укромных уголках зала. Но похоже у нашей кошки где-то есть тайничок, куда она, как сорока, складывает всякую такую мелочь, с помощью которой можно испытывать наше терпение. В течении вечера я раза три отнимаю у неё то шарик, то какую-нибудь маленькую фигурку, то колпачок от фломастера.
---Кыня! Ложись спать!--ворчу я на кошку.
Она смотрит на меня золотисто-зелёными глазами:"А тебе самой-то не пора?"
Пора, конечно. Но в интернете такая интересная дискуссия развернулась! Я ещё немножко...
Когда по мнению Кыни это "немножко" затянулось, она решает принять меры.
Как заботливая мамочка, она пытается сделать всё, что бы я отлипла от монитора. Лезет на колени, на стол, ложится на руки, мешая печатать. С громким мурлыканьем трётся головой о мою щёку и заглядывает в глаза. Дескать, ну хватит уже, пойдём спать.
Я с лёгким раздражением в душе отодвигаю от себя кошку. Тогда она бесцеремонно плюхается на клавиатуру и вместо взвешенного аргументированного ответа, который я почти дописала, в эфир отправляется полная абракадабра.
Реакция моих собеседников ждать не заставила.
"Что случилось?","Ты в порядке?","Мозг вскипел?","тебя взломали?"--вот малая часть самых тактичных сообщений, которыми меня тут же закидали.
---Кыня, что ты наделала?! Теперь по новой писать придётся.
Но ни сил, ни желания заниматься писаниной уже нет. Мозг хочет спать. И чувствуя это, Кыня решает меня "добить".
Тихо и скромно она садится слева от меня на столе и прижимается серым бархатным лбом к моей щеке. Не трётся! Просто прислоняется и сидит неподвижно, закрыв глаза.
И я сдаюсь. Пойдём, Кынечка, спать. Уговорила.
Но уснуть сразу не получается.
Спеть для меня колыбельную на ночь--это святое! Но учитывая сколько ей приходится уговаривать меня лечь в постель, Кыня вероятно решила, что я глухая. Поэтому едва я поворачиваюсь на бок, кошка ложится мне на шею, утыкается головой прямо мне в ухо и начинает громко мурлыкать. Ощущение, что на голове у меня завели трактор.
Пять минут борьбы и объяснений кошке, что это ни фига не колыбельная и я в жизни так не усну, заканчиваются пробуждением мужа, который устав от этой мышиной возни решает вопрос радикально:хватает Кыню за шкирку и выселяет её в другой конец дивана, к нашим ногам.
Оскорблённая в лучших чувствах Кыня какое-то время
сидит насупившись там, куда её сослали
--Иди сюда, дурочка--зову я кошку, потому что привыкла всё-таки засыпать под её мурлыканье.
И Кыня с готовностью меняет место ссылки на мои руки.
Уютно устроившись у меня под боком, она, наконец, угомоняется, давая и нам возможность отдохнуть от своих проделок. До пяти утра ещё несколько часов...
