Безмятежное воскресное утро было нарушено грохотом падающих со стола карандашей, не убранных почему-то сыном в ящик.
Собственно, последние 4 месяца каждое наше утро начиналось примерно так. Варьировались только падающие предметы. Хорошо ещё что вместе с карандашами на пол не полетел мой телефон. Он лежал тут же, рядом. И я, еле разлепив глаза, протянула руку к своей Нокии.
Пять утра!
---Кыня! Ты с ума сошла?!
Серо-рыжая рысь в миниатюре спрыгнула со стола, почуяв в моём голосе злобное шипение и подцепив лапой ближайший карандаш, шумно покатила его в детскую.
---Исчезни, тупая кошка!---сонно пробормотал кто-то из детей и в сторону пританцовывающей вокруг карандаша Кыни пролетела маленькая подушка-думочка.
С громким стуком карандаш опять покатился по паркету в сторону кухни, а за ним, выгнув спину, прогарцевала Кыня.
Через минуту из кухни донеслось возмущённое "Р-р-рав!", после чего, издавая совершенно слоновье для такого эфемерного создания топанье и едва вписываясь в повороты, кошка ворвалась обратно в нашу спальню.
Не сбавляя скорости она вскочила на диван, резвым галопом проскакала по мирно спящему мужу, оставив царапины на его обнажённом плече, вскарабкалась по ковру под самый потолок и там зависла, тревожно вглядываясь в проём двери.
Что произошло на кухне догадаться было не трудно. Скорее всего карандаш прикатился под бок дремлющему под столом Куте и наглая кошка, позабыв страх, попыталась достать свою игрушку.
Вообще-то наши животные между собой замечательно ладят. Но у Кути всё же есть какое-то своё личное пространство, которое он ревностно охраняет. И всё, что попадает в это пространство принадлежит только ему. Время от времени он вполне доходчиво объясняет это всем, кроме меня и мужа. Поэтому младший сын в таких случаях зовёт на помощь нас.
Но Кыня считает себя особой королевских кровей, которой всё можно, поэтому регулярно спасается бегством.
Узрев, что за ней никто не гонится, кошка плюхнулась обратно на диван. С гордым выражением "А я и не боялась" на морде, она грациозно продефилировала к моей подушке и через мгновение, её хитрая физиономия с торчащим наружу нижним клыком, как у булгаковского Азазелло, оказывается прямо перед моим носом.
--Не приставай, подлиза--ворчу я, пытаясь увернуться от традиционного её "утреннего поцелуя". Но Кыня уже поймала мой взгляд и громко замурлыкав, коснулась холодным носом моей щеки.
Ворчать сразу расхотелось. Я обняла её маленькое пушистое тело, вибрирующее от мурлыканья, почувствовала, как она устраивается поудобней под моей рукой и вот так, под её мерное урчание мы дремали ещё пару часов.
