- Внуково-Подход - Россия 6487! - Стоя на ногах, вглядываясь куда-то вдаль, ища глазами огни боинга, он почти орал в микрофон из-за грозы, разразившейся над аэродромом. - Внимание! На аэродроме действует штормовое предупреждение! Как поняли?!
Ответ экипажа утонул в очередном раскате грома. Оставалось только надеяться на то, что экипаж таки принял информацию и примет единственно верное решение. Шквалистый ветер рвал кроны деревьев, растущих за бетонным забором, крупные капли дождя, сейчас больше похожие на дробинки, барабанили по стеклам диспетчерской, из-за чего складывалось ощущение, что еще немного и эти самые дробинки изрешетят окно, а затем и весь персонал, дежуривший в эту ночь на Вышке.
Непроглядная темнота царила на аэродроме, не давая ни лампам накаливания, ни мощнейшим прожекторам на поле ни малейшего шанса. Вспышки света, и раскаты грома рвут ушные перепонки. Кажется, что это не гром, а кто-то с неимоверной силой рвет листы легированной стали. И этот грохот заглушает все.
- Страшно... - Девушка, сидевшая от меня через два кресла слегка поежилась, глядя на происходящее за окном. - Даже находясь за стенами страшно... - Проговорила она.
Стажер. Я вспомнил себя. Ведь тоже был когда-то на ее месте.
А в ста километрах на запад от аэропорта, в зоне ожидания по прежнему крутился тот самый боинг России с четырьмястами пассажирами на борту. Ждут когда все утихнет. Но гроза даже и не думала сходить на нет, а наоборот лишь набирала силу. Не пускает и не выпускает никого... Закрыла все огромным куполом. Сняв наушники, я смотрел на РП, а он в свою очередь оцепенело наблюдал за разошедшейся стихией. Он словно ощущал ее физическую силу и мощь, понимая, что все мы всего лишь песчинки в этом мире.
- Харьков тебя! - Из оцепенения его вывел голос Старшего, лицо которого выражало сейчас крайнее недоумение и легкий страх.
Он ошарашен. Ноги подкашиваются, глаза коллег прикованы к нему с немыми вопросами, ожидая решения, действия. Телефоны... Мобильный и служебный разрываются. Он хватает трубку сначала одного телефона, затем второго... Он в ступоре, не верит. Такого просто не может быть...
- ГДЕ?! ДИКТУЙ! - Секундное молчание нарушается его громким возгласом. Он очень плохо слышит человека, ведь и у того дождь барабанит по крыше. - Карту мне! Быстрее! - Кричит он.
Схватив клочок бумаги, валявшийся на столе у пульта, корявым почерком пишет одно короткое слово. Название.
Ступор заканчивается так же внезапно, как и начался. Короткие команды на подъем, и уже "Двойка" запускает двигатели. Он совершенно не хочет их выпускать в такую погоду, ведь дождь и гроза все еще бушуют и риск велик, но делать нечего, так надо. И он это понимает.
- Удачи, мужики... - Сдавленным голосом он пожелал удачи экипажу.
Разбег… Отрыв… Они ушли в направлении деревни, которую Он написал на клочке бумаги.
- Их нашли. - Прозвучало по громкой связи спустя час после вылета. - Всех... - Сдавленный мужской голос прозвучал в динамиках.
- Принято... Возвращайтесь... - Ответил он и развернувшись на каблуках, зашагал в свой кабинет.
