Папа Иннокентий III, руливший католической церковью, в конце XII - самом начале XIII века. В 1198 году он решил активно заняться изгнанием еретиков. А относительно близко, на юге того, что называлось королевством Франция, резвилась сильно инакомыслящая и большая группа людей – катары. Главная их проблема - катары отвергали церковную власть Рима и не хотели отстегивать положенную десятину и пожертвования. Кому же такая ересь понравится?
Сначала Иннокентий пытался действовать письмами и призывами. Он писал французскому королю. Но он даром что был в тех краях королем, на самом то деле ему не сильно подчинялись в Лангедоке. И ссориться с графом Тулузским, одним из самых сильных феодалов его королевства он не собирался. Ну а граф Тулузский не собирался разгонять катаров, так как зачем же ему разгонять своих подданных, которые хорошо работают, в том числе и на него.
Тем временем к катарам присоединялись не только крестьяне и горожане, но и влиятельные бароны. Даже епископы, которые были не сильно довольны патроном, переходили к катарам и радостно правили своими епархиями дальше. Само собой, это вызывало серьезное негодование.
Поэтому в 1204 году Иннокентий поменял кучу священников, потакавших катаром, а в земли, где катаров было особенно много, послал легата. Папский легат был региональным представителем, который следил за тем, как почитается церковь. И, самое главное, постоянно донимал своими ценными указаниями местных правителей.
Так вот в Лангедок отправили Пьера де Кастельно, который был не очень гибким и переругался с графом Раймундом VI Тулузским. Есть мнение, что окончательно они переругались, когда легат потребовал вернуть церковное имущество, присвоенное графом. В конечном счете, две высокие стороны договорились о переговорах.
Переговоры состоялись в середине января 1208 года. Закончились они прозаично. Если коротко, то не договорились вообще ни о чем, да еще и поругались вдрызг. Легат уехал, но на следующий день, его нашли заколотым. В подобной ситуации не нужно быть опытным сыщиком, чтобы увидеть связь между ссорой графа и последовавшими затем дорожно-ночными событиями.
Само собой, папа Иннокентий тоже заметил, что что-то тут не так и скоро в Тулузу пришла весть, что граф Тулузский объявляется вне закона, его имущество арестовано, а подданные графа свободны от клятвы. Само собой, сказать мало, слова надо подтверждать, причем большими отрядами. Поэтому за помощью папа обратился к французскому королю и объявил сбор крестового похода против катаров. Король сам влезать для начала не стал, но и сборам в крестовый поход – тоже не помешал. Пусть идут – самые буйные уберутся, а заодно и прибыль принесут для королевства.
Так и начался Альбигойский крестовый поход, в котором рыцарям предложат: «Убивайте всех, Господь отличит своих».