Ролан Барт. Как жить вместе: романические симуляции некоторых пространств повседневности. Перевод с французского Яна Бражникова. М., «Ад Маргинем Пресс», 2016, 272 стр.
Строго говоря, это не совсем книга. Отсюда и основной эффект, ею производимый, и некоторые сложности в восприятии. Перед нами конспекты лекций, прочитанных Роланом Бартом в 1976 — 1977 гг. в Коллеж де Франс. Тема обширная — как жить вместе. Приступая к ней, Барт подробно излагает свою мотивацию, говоря о том, что «исследование может быть связано с воображаемым исследователя». «Жизнь-вместе» и есть подобное воображаемое, фантазм, который, благодаря найденному слову, получает возможность для разработки.
Слово это — «идиоритмия», оно отсылает к опыту организации жизни некоторых монахов, живущих не в киновийных, но особых монастырях на горе Афон. Они живут вместе, но не подчинены строгим правилам, каждый — в своем собственном ритме. В таких монастырях «монахи имеют отдельные кельи, они забирают пищу к себе (за исключением некоторых праздничных дней) и могут сохранять личное имущество, которым обладали в момент пострига. В этих странных общинах даже богослужения остаются необязательными — за исключением ночных служб».
Впрочем, монашество — только отправная точка, но никак не тема исследования Барта. Он привлекает обширную литературу, но очень избирательно и иллюстративно. Для разговора об интересующей модели общежития Барт включает самые разные тексты, как документальные, так и романические. Среди них «Затворница из Пуатье» А. Жида, «Робинзон Крузо» Д. Дефо, «Волшебная гора» Т. Манна и другие.
Все усилия Барта — попытка подобраться к заявленной проблематике, очертить общее поле исследования и расставить некоторые возможные ориентиры. В самом начале своего курса он специально оговаривает свой отказ от «метода» в пользу «культуры», полагаясь на предложенное Ницше противопоставление.
Метод ведет прямо к цели, помогает избежать мест, куда бы не хотелось попасть. Культура — это блуждание, свободный поиск, «неверные шаги между крупицами и границами знания и вкушения». Барт отказывается от прямого развития мысли, от «тезисов», «антитезисов» и «доказательств», от диалектики. Как и во «Фрагментах любовной речи», он выстраивает свое исследование вокруг определенного набора черт или фигур, имеющих отношение к изучаемому предмету.
«Таким образом, исследование должно было лишь „прикоснуться к той или другой проблематике”, оставив слушателям возможность дополнить материалы по собственному вкусу», — пишет Барт в своем резюме курса лекций.
При этом он подчеркивает отказ от интерпретации своего идиорритмического фантазма и формулирования некоторого единого смысла. Цель в другом — за счет ряда описаний объявленных фигур (Комната, Автаркия, Акедия, Животные, Ограда, Колония, Пища и другие) создать некоторое пространство, в котором можно было бы говорить об утопическом сообществе, воплощающем в себе принципы идиорритмии. Другими словами, создать условия для конструирования вымысла о жизни-вместе, модели общежития, в которой свободно объединяются одиночество и общение.
Сама форма «не-книги», с постоянными уточнениями и отступлениями, свойственными устной речи, дает нам, как читателям, дополнительную возможность заглянуть «по ту сторону» бартовской мысли.
Этой форме соответствуют следующие характеристики — множественность, раздробленность, разомкнутость, свобода по отношению к означаемому, подвижность и неисчислимость, невозможность включения в жанровую иерархию. Другими словами, представленные лекции укладываются в то, что Барт именует в своей литературной теории Текстом (в противовес Произведению). Перед нами не что иное, как означивающая практика, а не продукт или результат этой практики.