Известно, что теперь ни в морях, ни в реках рыбы нет. Об этом нам много лет назад поведал блаженной памяти Аркадий Райкин.
Но — была. В изобилии.
И вот когда она была, люди объедались ею до отвращения. И даже вырабатывались этакие вкусовые отклонения от нормы. Например, архангельские поморы любили «трещочку (т. е. треску) с запашком», а байкальские рыболовы предпочитали омуля с душком… Кому что нравится. Говорят, и медведь, выловив рыбину, прикапывает ее и ждет, когда она основательно припахнет.
Однако все же у нас, в центре континента, все предпочитают свежую рыбу. Если она, конечно, по случаю клюнет на чей-то крючок или на червонец. Теперь ведь все червонцами исчисляется. Так вот, когда вам предложат протухший дефицит, вы постарайтесь как-нибудь обойти такую сделку.
Но не таковы сыростанские продавцы! Они знают, кто на что может клюнуть! Попала им партия протухшего минтая. Где его взяли, где он, бедный, плавал до того — Бог весть. Ведь негде ему плавать — прямо из моря, парной, идет он на столы трудящихся и съедается вместе с костями и потрохами. Но то ли работники снабжения долгие месяцы не решались поделиться дефицитной рыбкой с алчущими ее селянами, то ли от вылова до получения минтая миновала ударная пятилетка — не ведаем. Важно то, что родной брат трески вонял так, будто решил задушить все местное население.
Так вот, продавцы все-таки нашли выход из такого дурно пахнущего положения. Они поступили так, как поступает опытный доминошник, «запирая» партнерам всю игру. Выставляя на прилавок бутылку бесталонной водки, они кричали: «Рыба!», — и шарахали о прилавок минтаем прямо перед носом покупателя. Покупатель, воротя нос, просто вынужден был все же покупать и то, и другое, потому что то без другого ему просто не продавали. Душа-то горит!
Наши читательницы сообщили: «При этом многие алкаши тут же, на улице, выбрасывают рыбу. Она валяется по всему селу, распространяя зловоние. Мы обращались в сельсовет с просьбой прекратить это безобразие. Нам ответили, что разберутся, но прошло уже несколько дней, а все остается по-прежнему».
Вот теперь и скажите, что рыбой у нас и не пахнет!