Между небом и земной твердью не было никаких отличий. -70 градусов за иллюминатором абсолютно не казались чем-то невообразимым, любая изумляющая величина до тех пор поражает, пока её не представишь, не придашь форму, и хотя вид за стеклом казался бескрайней пустотой, ничто не может лучше описать смертельный холод, как расстелившаяся мгла. Через шесть часов перелёта, самолёт сильно подняв левое крыло, вовсе стёр с глаз небо, из темноты предстала только земля. В увиденном одно выдавало её: сквозь высокие сосны, по заснеженной неосвещенной дороге, неспеша сквозь темноту ехал автомобиль, светом фар разрезая тугое чёрное полотно; серая нить вела к Байкалу. Мне не довелось попасть на Байкал, он от Иркутска всего в часе езды, и как мал этот час, когда понимаешь, что от чего-то величайшего, самого огромного в мире, того, что знает каждый на планете – ты всего в шестидесяти минутах. Завтра утром на работу я буду как обычно добираться час, и теперь довольно долго, проделывая обычный маршрут, при